вход для пользователя
Регистрация
вернуться к обычному виду

"Хочу провести здесь море" - интервью с Идой МАРТИРОСЯН

29.11.2008 Статья опубликована в номере №1 (16).
Комментариев:0 Средняя оценка:0/5

Ида Мартиросян

Наверное, не осталось уже в мире армян, которые не держали в руках журнал «ЕРЕВАН» или, по крайней мере, не слышали о нем. Как возникла идея журнала и каким образом она материализовалась?

Просто вдруг обнаружилось, что все грустно. Грустно в стране, грустно внутри самих себя. И вообще мы всегда нацелены на грустное. Памятники у нас трагические, даты у нас трагические – вокруг этого мы всегда объединяемся, об этом говорим. Природа нормального здорового человека, безусловно, должна против этого бунтовать. Потому что все-таки Господь вложил в нас свет и любовь.

Вот и захотелось, во-первых, взбунтоваться против этого.

Во-вторых, мы – диаспорный народ. К сожалению, и в течение последних 20 лет очень многие наши соотечественники выехали за границу. Ясно, что они испытывают ностальгию. Люди, которым пришлось отсюда уехать, наверное, не могли иначе. Но все равно им хочется гордиться своей страной, своим городом, и надо дать им такую возможность.

В-третьих, есть два фактора узнавания нас в мире: геноцид – как грустный фактор и Шарль Азнавур, которому огромное человеческое спасибо. Хочется, чтобы Армению узнавали еще по каким-то позитивным вещам.

Думая о будущем журнале, для себя я позиционировала его как «этноностальжи». Он был рассчитан на внешний мир. Проект в числе еще нескольких пролежал пару лет. Обычное дело – что выстрелит, то выстрелит. Но Рубену Джагиняну – генеральному директору компании Sharm Holding – проект понравился, и он приложил немало сил на его реализацию. Ведь какой бы гениальной ни была идея, если не находится человек, который целенаправленно пытается пробить ее, найти под нее деньги, – она пропала. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить всех, кто вложил душу, талант, время и деньги в то, чтобы этот проект, который оказался таким востребованным, состоялся.

Сейчас у нас отличная команда – такую поискать! Но я всегда говорю ребятам: «Какими бы талантливыми вы ни были, все равно это производство. Один не докрутил винтик, и все пошло наперекосяк».

Ида Мартиросян

Иногда «ЕРЕВАН» упрекают в «глянцевости». Вы сами считаете журнал таковым?

Журнал должен быть эмоциональным и создавать положительное энергетическое поле – именно такая стояла задача. Он должен поднимать дух. «Глянцевый» – это большей частью форма и немного содержание. «Глянцевая» форма меня не шокирует. Разве не естественно, что людям приятно одеваться красиво, выглядеть ухоженными, жить в комфортном помещении? Значит, любая вещь, которую берешь в руки, должна доставлять эстетическое удовольствие. Что касается «глянца» в содержании, то в нашем случае, наверное, это отсутствие политики и экономики. Как человек, всю жизнь писавший о политике, помешанный на ней, я, тем не менее, считаю очень правильным, что в журнале ее нет, равно как и экономики. Разве что – в новостях. Мы ведь хотим создать виртуальное пространство, в котором человеку комфортно. С политикой и экономикой человеку комфортно не бывает. К сожалению, мы еще не живем в том обществе, где две эти составляющие не вызывают отторжения. Есть масса журналов, газет, телепередач, где они доминантны, а когда хочется отвлечься, отдохнуть, осознать, что в жизни есть масса светлых красок – возьми наш журнал. Можешь называть его «глянцевым», можешь не называть. Вначале имел место этот скепсис по поводу «глянца», но сейчас он прошел, потому что мы стараемся выдержать дозу. С одной стороны, в журнале не должно быть мании величия, неприятного самомнения, что вот мы, армяне – венец мироздания. С другой стороны, не должно быть комплекса неполноценности. Без кичливости, чванства, но с самоуважением.

В нашей идентичности очень велика архаичная составляющая, современного в ней очень мало. Одна из важных задач – наполнение живыми, сегодняшними фактами, смыслами, образами современной армянской идентичности. Нам кажется, «ЕРЕВАНУ» это удается.

Однажды я идентифицировала армянина как существо с глазами на затылке и колесиками на ногах. Мы смотрим только в прошлое, гордимся только прошлым, страдаем только из-за него. Мы прошлым пытаемся построить настоящее, и мы всегда готовы к переездам – всегда на колесиках, всегда мобильны. Мне очень хотелось, чтобы в нашем журнале прошлое ни в коем случае не стало доминантой. Поэтому мы много пишем о наших современниках, достигших успеха за пределами Армении. Ведь у армян были не только Манташев и Гюльбенкян, и сегодня есть бизнесмены, которые попадают в списки журнала «Форбс» и другие рейтинговые списки. Очень много наших соотечественников занимают высокие позиции в искусстве, особенно в кино и живописи.

Что касается прошлого, то и оно представлено у нас без «слезы». Рубрика «Ретро» – просто занимательное чтение, интересная история. Вроде бы чисто исторические рубрики – «Экскурс», «Гипотезы и открытия», несущие очень интересную, причем не только для армян, информацию, тоже выдержаны в легком читабельном стиле. Рубрики «Слайд-шоу» и «Маршрут» – это путешествие по Армении. Но и они ориентированы не столько в прошлое, сколько в сегодняшний и завтрашний день. Их цель – показать Армению привлекательной для туристов. 


Многие уверены, что редакция журнала находится в Москве, то есть он там создается.

Надо полагать, это комплимент, в смысле – уровень на уровне? Приятно, конечно, тем не менее «ЕРЕВАН» – чисто ереванский продукт. Надеюсь, не за горами время, когда и в других сферах продукция, производимая в нашей стране, будет вызывать гордость. Что касается редакции, то она находится в Ереване, соответственно, здесь он и создается. Но, конечно, у нас есть корреспонденты, пишущие и снимающие для нас в Москве, Париже, Америке.

В армянской диаспорной прессе есть издания разного уровня, в том числе очень интересные. Но внешний вид – дизайн, верстка – подавляющего большинства из них не отвечает современным требованиям. В вашем журнале с первого номера заметно осознанное стремление быть во всех отношениях «на уровне». Чувствуется, что вы серьезно изучали международный опыт.

Однозначно, изучали. И хочу поблагодарить наше московское подразделение, которое нам очень помогло именно по этой позиции. Мы изначально поставили перед собой высокую планку – соответствовать современным стандартам. Чтобы армянин, житель той же Москвы, взяв в руки журнал, не почувствовал дискомфорта, мол, вот опять недотягивают. И, более того, чтобы его коллеги или гости – представители других национальностей, случайно увидев журнал, с интересом потянулись к нему.

Какими Вы видите своих читателей? Это в первую очередь армяне?

Конечно. Он на армян и рассчитан. Но, как я уже сказала, мы осознанно поставили перед собой задачу – сделать так, чтобы журнал стал интересен не только армянам. Это, пожалуй, самая тяжелая задача. Поэтому мы пишем и об иностранцах, которые через бизнес связаны с армянами. Мы даем исторические, культурологические и научные материалы в таком разрезе, чтобы не столько акцентировать «армянский след», сколько его взаимосвязь с мировыми процессами. Мне ведь очень интересно читать про древнюю Грецию, про Византию, я прочту об этом в любом журнале. Или о Париже – надо же, там опять построили что-то такое, что Эйфелева башня кажется архаикой. Но ведь и у нас есть много такого, что интересно иностранцам не просто как диковинки, а как общечеловеческие ценности. Чем больше тебя читают не только армяне, тем ты объективно интересней.

Фоторедактор hАйкА ваш девиз «Журнал с акцентом» нужно понимать в этом смысле?

«ЕРЕВАН» – это настроение легкости, позитива, веры в себя. Он – часть общечеловеческого мира, но со своей идентичностью. Так что слоган мог быть или «с носом», или – «с акцентом». Мы же креативщики. Я очень люблю наш слоган – в нем та доля самоиронии, которая убивает возможность иронизировать над тобой.

Какой образ армянина Вы хотели бы создавать для самих армян и для мира?

Хочу, чтобы комплексы были минимизированы – как мания величия, так и комплекс неполноценности. Они, конечно, останутся – бескомплексных в мире нет. Но пусть, по крайней мере, будут на уровне удобоваримости, без маниакальных всплесков. Все-таки Господь нам дал очень интересные мозги. И я хочу – может, обольщаясь, а может, и нет, – чтобы мы присутствовали в сфере высоких технологий. Не потому что просто хочу, а потому что предыдущее показало: мы к этому способны. Я сама заканчивала физфак. В советское время у нас были очень хорошие физика, математика, медицина. У нас интересная древняя медицина. Я бы, конечно, очень хотела увидеть удивительный сплав новой медицины и старой, нетрадиционной. Хочу, чтобы эта страна начала жить будущим. Когда я в юности читала фразу «Пусть мертвые хоронят своих мертвецов», мне она казалась странной. А она означает: оставьте прошлое. Разрывать могилы считается грехом. И здесь то же самое. История должна быть наукой, прошлое уже сделало свое дело, сделало нас такими, какие мы есть. Я не призываю всех стать манкуртами, но прошлое, настоящее и будущее должны занимать у нас соответствующие ниши. Прошлое не должно доминировать над будущим – это главное мое желание. Когда мы к этому придем, у нас очень изменится мировосприятие, и мы по-другому будем формировать свой мир.

Есть совершенно нормальные, практически без комплексов, нации, живущие настоящим, которые от этой нормальности мало-помалу деградируют, вырождаются, теряют свое лицо.

Я хочу, чтобы мы были нормальной, открытой страной. В любой стране 90 процентов населения – это обыкновенные люди, которые хотят получать приличную зарплату, хотят, чтобы дети ходили в приличную школу, хотят прилично отдыхать, иметь гарантии приличной старости. И наш уставший народ тоже очень хочет жить именно так.

Эти 90 процентов заботятся о сегодняшнем дне. И есть 10 процентов, которые должны двигать нацию. Мои знакомые, живущие в Европе, иногда жалуются: «Здесь трава, а не люди, их ничего не интересует». А может, это и есть развитие, то, что они называют «травой»? А скучно нашим, потому что в нас какой-то черт сидит и все время зудит, не дает нам покоя. Таких наций тоже должно быть десять процентов, не больше. Остальные пусть живут, как они хотят. А нам не грозит забвение себя – это уж точно.


Арт-директор ГюмишянВам не кажется, что многие недостатки в Армении связаны с тем, что армянам как будто неинтересен этот маленький, с их точки зрения, масштаб?

Поэтому я и говорю об открытости. Сегодня речь идет не только о том, чтобы открыть географические границы, но – открыть денежные потоки, информационные, культурные и пр. Мир стал почти виртуальным, надо найти в нем свою нишу. Надо сделать этот кусок земли привлекательным, и это реально. Пусть те 10 активных процентов и применяют для этого дарованные им Господом качества. И мы не пропадем.

Кстати, одна из главных задач нашего журнала – открытость. Мы открыты этому миру, и мир открыт для нас, мы должны ощущать себя не какой-то особенной частью, солью земли, а органичной частью мира людей. Да, в нас есть что-то особенное, но свои особенности есть у всякого народа, начиная от бушменов в Африке.


Здесь, в Ереване, в определенных кругах глобализация превратилась в некое пугало. Хотя должно быть наоборот – для диаспорного народа она открывает невиданные ранее возможности. Например, наш «Анив» был бы просто технически невозможен без всего того, что принесла с собой глобализация.

Ну вот, это и есть местечковость и провинциализм. Мир объективно меняется – хоть тресни. Почему бы не радоваться всеобщей открытости? Сегодня есть возможность показать миру, что ты не только жертва геноцида, но и еще что-то. Мы все время сидим и сами себе говорим, что у нас трехтысячелетняя культура. Сейчас можно сделать так, чтобы и мир об этом узнал. Конечно, как и все остальное, глобализация имеет и свои «минусы». Вот и надо быть настолько умным, чтобы использовать плюсы и минимизировать минусы.

Что-то сдерживает Ваши творческие идеи главного редактора?

Нет, не думаю. Я не чувствую ограничений. Сдерживать могут какие-то запреты, которые возникают, если журнал пишет о политике, экономике. Слава Богу, у нас этого нет. Иногда мне говорят: вот, у вас глянцевый журнал, вы не пишете ни о чем плохом. А я и не хочу писать о плохом. У нас столько этого плохого, разрешите хоть нам писать о хорошем, иначе энергетика страны и нации будет не светлой, а темной.

Мы каждый год пытаемся хоть чуточку изменить журнал. Меняем дизайн, подачу материалов. Может быть, это не всегда заметно читателю, но за этим стоит огромная работа. У нас очень талантливый арт-директор Арам Гюмишян. Он несколько лет жил в Италии, работал там в этой сфере. Слава Богу, он тоже человек незамкнутый, очень открытый. Мы все время в поиске: что бы еще такого сделать? 


В редакцииКакое место в Вашей жизни занимает журнал? Вы полностью посвящаете ему все свое время?

Нет, я не хочу быть полностью ни в чем, даже в любви. И своим ребятам это внушаю. Выгоняю, когда они сильно задерживаются на работе, особенно молодых. Если я буду здесь сидеть допоздна – это нормально. А вы что тут делаете? Все должно быть в норме. «Золотая середина», как говорили древние. У тебя жена, маленький ребенок. Сделай свою работу качественно и иди – люби свою жену и своего ребенка, зачем тебе жить работой? Сейчас же не военное положение, и ты не листовку печатаешь. Ты создаешь продукт, который кому-то приносит радость, пусть он и тебе доставляет радость. Эта светлая энергетика должна чувствоваться, когда читатель прикасается к журналу. Я не говорю, что все именно так – бывает, и до утра сидим. Но, как правило, сделал работу – иди. Вот сегодня все три моих редактора отсутствуют, все в командировках. Давеча я им заявила, что они толстеют на глазах.

Команду единомышленников удалось создать достаточно быстро?

Думаю, да. Хотя когда мы друг на друга орем, люди на улицах останавливаются послушать, что же такое происходит. В целом, конечно, мы понимаем, что делаем и зачем. И еще очень удачно сложилось, что у каждого есть четкая сфера своих собственных интересов. Я терпеть не могу узких специалистов, поэтому иногда зловредно говорю: а вот теперь ты сделай это и посмотри, каково тому, кто этим занимается.

Если можно, несколько слов про Иду Мартиросян.

Физик по образованию. Родилась и выросла в Баку. Очень люблю горизонт, потому что это бесконечность. Обожаю море и ощущаю дискомфорт, потому что в Армении нет моря и горизонта, а, наоборот, есть горы и ощущение того, что все в одном замкнутом горами пространстве. Кстати, это очень влияет на менталитет. Очень хочу провести здесь море.

Средняя оценка:0/5Оставить оценку
Использован шрифт AMG Anahit Semi Serif предоставленный ООО <<Аракс Медиа Групп>>