вход для пользователя
Регистрация
вернуться к обычному виду

"Посмертная жизнь Св. Аурелиуса" - Интервью с Клаусом Петером ХАРТМАННОМ

15.01.2013 Армен Хечоян Статья опубликована в номере №3 (42).
Комментариев:0 Средняя оценка:3/5
Клаус Петер ХартманнЗдесь в Кальве я в течение 25 лет руководил Высшей народной школой, до этого в Университете Тюбингена занимался темой Востока и религиозной географией, изучал ислам, ориенталистику, историю, теологию, религиоведение, географию. В связи с этим я работал и жил в Иране, Ираке, Сирии, Ливане, Йемене, всего на Востоке я провел 10 лет. И среди вопросов, которые я изучал, была тема христиан и мусульман: история, различные социологические характеристики, такие как уровень образования, миграция, посещение школы, ведение хозяйства и проч. Армяне были в этом смысле особой группой, с которой я много работал в Иране (Джульфа, Исфахан, Тавриз), а также в Сирии (Алеппо), Ливане (Антилиас) и т.д. Там я эмоционально сблизился с Арменией, и когда я приехал сюда, меня очень заинтересовало то, что я слышал об Аурелиусе – он, согласно легенде IV века, был армянином. Я установил контакт с различными группами: связался с мхитаристами в Венеции, армянскими общинами в Штутгарте и Эсслингене, с Католикосом в Эчмиадзине, архиепископом из Вены, который приезжал сюда.

У нас здесь по-настоящему легендарное памятное место Св. Аурелиуса, у которого есть свой контекст, отражающий историческую действительность – разумеется, она еще не исследована научно в достаточной степени.

Чуть больше двадцати лет назад сюда, к могиле Св. Аурелиуса, приехали на автобусах армяне со всей Европы. Я способствовал тому, чтобы здесь, в Кальве и Хирсау, прошла выставка, посвященная армянам. Мы организовали целую армянскую неделю в Кальве, Хирсау и Бад-Либенцелле. Благодаря моим контактам с мусульманами, а также с турками мне удалось добиться того, чтобы в это время не произошло никаких конфликтов. Ведь не так легко работать по армянским темам в публичном пространстве, где много турок. Однако у меня с ними очень хорошие контакты, поэтому тогда не было больших трудностей. И затем, через год или два, мы провели турецкую неделю, и тем диалог был, так сказать, оправдан.

Итак, в течение этой армянской недели проходили выставки, читались доклады, и здесь состоялось богослужение, которое я организовал. Думаю, такое было в первый раз в истории Церкви, учавствовали представитель епископа Роттенбургского, член капитула Бур с католической стороны, с евангелической – прелат из Ройтлингена, а с армянской стороны архиепископ из Вены. Я сам привез его из Вены и отвез обратно, мы потом еще долго поддерживали тесный контакт. У меня был личный контакт со всеми армянскими епископами Востока. Я их всех нашел – в Тегеране, Багдаде, Мосуле, Бейруте, кроме Каира. А в последний раз у меня состоялась встреча в Стамбуле, два года назад. Мне тогда было важно получить как можно больше информации: как там проходит совместная жизнь, какие возникают сложности, проблемы.

В Тюбингене с 1973 по 2005 год был реализован проект по Ближнему Востоку, и в рамках проекта подготовили около 500 исторических карт по Востоку, христианскому и исламскому. Это очень известный атлас: TAVO – Тюбингенский атлас Ближнего Востока (Thübinger Atlas des Vorderen Orients).

Клаус Петер ХартманнТам есть карты по истории христианства, по армянским общинам, по всем приходам. Не только исторические карты, но естественнонаучные, лингвистические, по всем возможным темам. Я тоже работал над атласом по христианским конфессиям. Например, сделал единственную карту времен гражданской войны в Ливане, с разделением каждой деревни – христиан и мусульман.

Я установил контакт со всеми доступными армянскими учреждениями Германии. Искал их через Интернет, вступал в переписку – вся она сохранилась у меня дома. Сообщил об истории Св. Аурелиуса в Эчмиадзин и получил ответное письмо, где выражался большой интерес к этому вопросу. Мне ответил, разумеется, не сам Католикос, но в письме была его фотография.

В ходе постоянной переписки я получил определенные сведения о ситуации с армянами. И совсем недавно завязал контакты с Берлином, с Домом Лепсиуса, профессором Гольцем, незадолго перед смертью он мне писал, что хочет приехать сюда…

Я написал книгу «Христианские меньшинства Ближнего Востока», в том числе и об армянах. В 1974 году, еще во времена шаха, вместе с армянским епископом из Тавриза мы проехали через закрытую пограничную территорию вдоль Аракса. Епископ имел разрешение, поскольку там были армянские деревни с его прихожанами. У меня был хороший внедорожный автомобиль, и в течение пяти дней мы посетили все армянские деревни вдоль Аракса.

Теперь об Аурелиусе. В те времена в старой Западной Римской империи возникло религиозное направление арианства, с которым ожесточенно конфликтовали приверженцы традиционной догматики. И вот, миланский епископ Дионисий был сослан как противник ариан, потому что тогда Италия была практически целиком арианской.

Клаус Петер ХартманнОн был сослан на восточную границу империи, то есть в Армению. Там он познакомился с местным армянским епископом. В его позднейшем житии на латинском языке он называется Аурелиусом – имя, происходящее от слова «золото». И если сейчас заниматься исторической работой, необходимо было бы перевести его имя обратно на армянский язык.

Два священнослужителя подружились и согласно легенде поклялись друг другу, что завещают похоронить себя вместе. То есть это была дружба длиннее жизни. Дионисий умер там, в Армении, после чего Аурелиус привез его останки в Милан, где арианство уже было побеждено и епископом стал Амброзий – один из великих святых Латинской церкви. Всего насчитывается четыре великих отца, столпа Латинской церкви – Аугустин, Амброзий, Иероним и папа Григорий.

Аурелиус стал в Милане значимой, почитаемой личностью. Вскоре он умер и согласно легенде был похоронен рядом с Дионисием. И еще сегодня в Милане есть улица Дионисия. А последний епископ Милана, кстати, добавил себе имя Дионисия в знак памяти о далеком прошлом, которая еще жива для миланцев.

Теперь перенесемся в Хирсау. В IX веке здесь, в этом регионе, существовал графский род, который триста лет спустя стал очень крупным в Германии, – они признают представительство императора и становятся впоследствии графами Кальва. У этих графов была родня в Верхней Италии. К тому же роду принадлежал и епископ в Верчелли, расположенном между Турином и Миланом. Нам известно, что граф отсюда написал письмо епископу: «Мы хотим построить здесь монастырь, и для этого нам нужен хороший святой». Согласно преданию, епископу в Верчелли приснился сон, что этим святым должен быть Аурелиус, и епископ, дядя здешнего графа, ответил: «Да, у меня есть для тебя хороший, важный святой, ты можешь построить в его честь монастырь, его наверняка будут почитать». В средневековье это было обязательно – иметь в монастыре мощи мученика или святого.

Клаус Петер ХартманнИ в 830 году – это точная дата – мощи Св. Аурелиуса были вначале переправлены из Милана в Верчелли, а затем из Верчелли – сюда. Здесь был основан небольшой монастырь, не самый известный, который назывался монастырем Св. Аурелиуса. Вначале этот монастырь не играл в истории никакой важной роли, и в Германии почитание Св. Аурелиуса не получило распространения. В Европе есть три или четыре церкви Св. Аурелиуса – во Франции и Германии, но это другой Аурелиус – римский солдат-мученик.

Однако 300 лет спустя здесь, в Хирсау, произошло событие, чрезвычайно важное для истории Германии и средневековья. Это очень сложно рассказать, но я постараюсь быть кратким. Папа римский побывал здесь, в Хирсау, и вместе с графом посетил могилу Св. Аурелиуса. Он захотел, чтобы монастырь, который был совсем заброшен, снова стал большим и значимым. И он знал, возможно, по документам в Риме, что здесь лежит святой, который в свое время сыграл важную роль в жизни Милана.

Поэтому монастырь восстановили с новым настоятелем, новыми монахами. И этот новый настоятель, который прибыл из Регенсбурга, был очень реформистски настроен. Средневековая реформа в Хирсау, параллельная реформам Клюни во Франции, изменила все центральноевропейское монашество и церковь. Это была не просто реформа, но революция, потому что все ценности прошлого были изменены, вытеснены из сознания. Настоятели избирались, монастыри больше принадлежали не графам, герцогам и королям, но Церкви. Аббатов нельзя было отстранять, миряне могли входить в монастырь… Возникла совершенно новая система, Европа начала новый этап. И все это начиналось под сенью монастыря Св. Аурелиуса.

Монастырь был слишком мал для множества монахов и паломников, которые сюда приходили, и по другую сторону Нагольда был построен большой монастырь Хирсау. Те самые руины на горе остались от этого позднейшего большого монастыря, с большой базиликой. И мощи Св. Аурелиуса были перенесены наверх. Хотя главная церковь была посвящена Свв. Петру и Павлу.

Клаус Петер ХартманнПосле этого здесь, в старом здании монастыря, был приорат, отделение, то есть подчиненное учреждение, которое называлась по имени Святого Аурелиуса, но саркофаг с мощами был наверху, в большом монастыре.

Пришла Реформация, наступила евангелическая эпоха в Германии. И тогда оба монастыря стали евангелическими, появилась евангелическая школа для священников. А в евангелической теологии святым не было места или его было очень мало. К могиле Аурелиуса постоянно приходили люди, приносили цветы, молились, и это не сочеталось с евангелической доктриной. И тогда они продали Святого Аурелиуса. Он был продан одному князю из Южной Германии. Потом он путешествовал туда-обратно. Он был у владетелей Циммерна, затем он был еще выше – у Гогенцоллернов, и, в конце концов, он оказался в Цвифальтене, вблизи Ульма.

Профессор Хайек в 1954 году, будучи молодым художником, спроектировал здесь, в Хирсау, восстановление церкви нижнего монастыря. И в 1955 году, успевшая побывать хлевом, зернохранилищем и мастерской, она снова стала церковью, причем католической. Мощи Св. Аурелиуса были возвращены сюда из Цвифальтена и помещены на свое исконное место. Четыре года назад Хайек умер. И за несколько недель до своей смерти он доделал последние части своего проекта. Он был большим поклонником этой церкви и большим поклонником Аурелиуса. Когда у него родилась дочь, он назвал ее Аурелией. И я играл на органе во время ее крещения. Хайек воспринимал церковь Святого Аурелиуса как свою. Он большой мастер – его произведения есть в Ватикане, в музеях Нью-Йорка…

Сегодня есть еще одна церковь Святого Аурелиуса, и с ней у нас партнерство. В Италии, в Пьемонте, вблизи Верчелли, резиденции епископа Милана, есть община, которая носит имя Св. Аурелиуса. Она находится в деревне Габиано, где стоит церковь Сан Аурелио. У нас очень хороший контакт, каждый год я приезжаю к ним…

Вот такая была посмертная жизнь у Аурелиуса – Армения, Милан, Верчелли, Хирсау, Гогенцоллерны, владетели Циммерна, Цвифальтен и снова назад сюда, в Хирсау.

Беседовал Армен Хечоян
Средняя оценка:3/5Оставить оценку
Использован шрифт AMG Anahit Semi Serif предоставленный ООО <<Аракс Медиа Групп>>