вход для пользователя
Регистрация
вернуться к обычному виду

"Верность своему выбору" - Интервью с Корнелом НАДЕМ

31.03.2012 Корнел Надь Статья опубликована в номере № 6 (39).
Комментариев:0 Средняя оценка:3/5
Как случилось, что арменистика стала сферой Ваших научных интересов?

Корнел НадьИзначально я не собирался стать арменистом. Более того, такие научные интересы не были результатом сознательного выбора. Можно сказать, что к арменистике меня привели случайные обстоятельства. Несмотря на то что в моей семье по материнской линии были трансильванские армяне, этому факту не придавалось особого значения.

Будучи студентом-историком первого или второго курса, я обнаружил книгу на венгерском языке о средневековой церковной архитектуре, в которой была глава, посвященная грузинским и армянским храмам. Меня очень  впечатлили высокохудожественные фотографии монастырей и храмов. Тогда я почувствовал, что меня по-настоящему интересуют язык, культура и история этой высокой цивилизации. Хотя начиная с середины XIX века в Венгрии были традиции арменистики, научные разработки в этой области к середине XX века полностью прекратились. Некоторые из моих университетских преподавателей обратили мое внимание на то, что в будапештском университете имени Лоранда Этвёша работает авторитетный пожилой профессор, специализирующийся как раз в области арменистики. Это был Эдэн (Эдмонд) Шюц. Как выяснилось, у него долгое время не было учеников. Познакомившись с ним, я вскоре стал его студентом. Произошло это в 1992 году. (Кроме меня, он взял еще одного ученика в 1997 году.) После этого я стал изучать современный и классический армянский язык.

Колоссальным импульсом в моих занятиях арменистикой послужило следующее обстоятельство: профессор Шюц в 1995 году направил меня на учебу в Венецию к отцу Левону Зекияну. Там я впервые услышал живую армянскую речь. Это было особенно важно, поскольку из-за войны в Нагорном Карабахе я не мог попасть в Армению, чтобы глубже прочувствовать армянский язык и культуру.

Каковы Ваши впечатления о профессорах Шюце и Зекияне?

О них я могу говорить только в превосходных степенях. Профессор Шюц был замечательным педагогом с прекрасным чувством юмора. Эти качества сочетались с глубокими знаниями и гуманизмом. Аналогично могу отозваться и об отце Зекияне. Надо сказать, что долгие беседы с ними относятся к интеллектуальным впечатлениям моей жизни, оставившим самые яркие воспоминания. К сожалению, господина профессора Шюца уже нет среди нас. Им  обоим я очень многим обязан и всегда вспоминаю их с благодарностью.

Отчет Оксендия Виржиреско на итальянском языке о своей миссионерской деятельности в Трансильвании, направленный Св. Престолу (APF SC Fondo Armeni Vol. 3. Fol. 468r)Возникали ли у Вас проблемы с поиском и получением архивных документов по истории Трансильвании? В какой мере эти архивные документы уже стали предметом исследования?

С венгерскими архивами особых затруднений не возникало. Скорее проблема заключалась в незначительном количестве архивных документов по этой теме. Поиск интересующих меня материалов занимал много времени. Когда я занимался Армянской Церковью в Трансильвании, мне приходилось просматривать целые груды материалов, прежде чем удавалось найти сколько-нибудь важный документ с точки зрения темы моего исследования. В Венгрии я  занимался исследовательской работой как минимум в трех архивах. Это Венгерский Государственный Архив (Будапешт), примациальный или главный церковный архив в Эстергоме, а также архив рукописей библиотеки университета имени Лоранда Этвёша в Будапеште. В этих архивах я изучил и обработал не менее двух дюжин очень важных источников.

С Трансильванией все обстояло сложнее, поскольку доступ к тамошним архивам получить было непросто. К сожалению, на то имеются политические причины. Трансильвания на протяжении более тысячи лет была неотделимой частью Венгерского Королевства, а после Первой мировой войны по Трианонскому мирному договору отошла к Румынии. Поэтому случается, что венгерских исследователей в Трансильвании встречают неохотно. Несмотря на это, мне удалось ознакомиться с некоторыми трансильванскими архивами, где я обнаружил ряд полезных документов, но, к сожалению, относящихся к более узкой теме:трансильванской религиозной унии. В ХХ веке церковные архивы сильно пострадали, и многие ценные документы были уничтожены или утеряны.

В ереванском Матенадаране я проводил исследования в 1999 и 2000 годах, но, к сожалению, обнаружил только несколько рукописей, содержащих достаточно скупые сведения о церковной жизни трансильванских армян. Благодаря любезному содействию двух коллег я получил доступ к немногочисленным материалам центральных архивов Варшавы и Вены, касающимся трансильванских армян.

Архивы же Рима и Ватикана оказались настоящей сокровищницей. Следует отметить, что до 1990 года для венгерских ученых было практически невозможно получить к ним доступ на длительное время. Впоследствии ситуация  радикально изменилась. Поэтому не случайно, что самые важные и сенсационные результаты венгерской исторической науки за последние двадцать лет были получены на основе систематического изучения документов, хранящихся в архивах Рима и Ватикана.

Римские источники потому так важны, что вследствие церковной унии 1689 года трансильванские армяне с точки зрения церковной юрисдикции относились непосредственно к Апостольскому Святому Престолу. Армянские  униатские (католические) епархии с еженедельной регулярностью вели переписку со Святым Престолом. Письма составлялись всегда минимум в двух экземплярах, из которых один оставался в епархии, а второй направлялся  Святому Престолу, где оседал в одном из архивов. В то время как епархиальным архивам по всей Трансильвании в течение ХХ века был нанесен непоправимый ущерб, в архивах Святого Престола эти документы остались в  сохранности. Тем самым многократно возрастает научная ценность церковных документов из римских архивов, относящихся к трансильванским армянам.

Для меня не составило большого труда получить доступ к римским архивам. Скорее обработка колоссального материала вызывала иногда чрезмерные психические нагрузки. В тайном архиве Ватикана, историческом архиве миссии  Священной Конгрегации Пропаганды Веры (Sacra Congregatio de Propaganda Fide) Апостольского Святого Престола, а также в Центральном римском архиве ордена иезуитов я обнаружил огромное количество неизвестных материалов по истории трансильванской армянской церкви в период между 1681 и 1715 годами. По этой причине документы Святого Престола стали необходимы для темы моего исследования. Я пришел к твердому убеждению,  что исследование, изучение и систематизация истории Церкви трансильванских армян практически невозможны без ознакомления с материалами названных архивов Рима и Ватикана (Святого Престола). Более того, именно эти  архивные материалы, по сути, и составили основу моей докторской диссертации, защищенной в 2009 году по теме «Обращение в католичество трансильванских армян в 1685-1715 годах». За исключением нескольких давно  изданных книг, по этой теме отсутствует сколько-нибудь серьезная специальная литература. Поэтому свои исследования я мог проводить только путем критического изучения и анализа архивных материалов. Немногочисленная же специальная литература про трансильванских армян оказалась бесполезной: она полна легенд и мифов, которые полностью опровергаются именно документами архивов Рима и Ватикана. В заключение добавлю, что совершенно не  удивлюсь, если мне удастся обнаружить по теме своего исследования еще какие-либо ранее неизвестные документы.

Сообщение Оксендио Виржиреско на итальянском и латинском языках с утверждениями о ереси армянских священников в Трансильвании в 1697 году (APF SOCG Vol. 532. Fol. 449r.)Какие мифы об обращении трансильванских армян в католицизм Вы смогли опровергнуть в результате вашей работы в архивах?

Мне удалось развеять немалое количество мифов. Например, про миссионера Оксендия Виржиреско (1654-1715), возведенного впоследствии в сан титулярного епископа, который претворял в жизнь церковную унию  трансильванских армян, я знал только то, что он действовал в Трансильвании, где основал город Самошуйвар, именовавшийся также Арменополисом. Вся деятельность трансильванской миссии до начала исследований была  окружена мифами. Остановлюсь только на двух проблемах. Первая из них состоит в следующем: было известно, что армяне под руководством молдавского епископа Минаса Токатеци (1610-1686) иммигрировали в  Трансильванию. Имелись сведения, что Минас в конце 1686 года во Львове якобы принес католическое исповедание веры униатскому архиепископу Вардану Хунаняну, тем самым подготавливая армянскую церковную унию в  Трансильвании. В действительности же документы Святого Престола однозначно опровергают это событие. Выяснилось, что у епископа Минаса и в мыслях не было принимать католицизм, более того, он был непримиримым противником церковного объединения с Римом. Во Львов же он отправился для участия в религиозных диспутах с архиепископом, выступая в защиту Армянской (апостольской) Церкви. Второй момент: утверждалось, что церковная уния трансильванских армян происходила мирно и бесконфликтно. Это также опровергается источниками Святого Престола.

Реляция епископа Оксендио Виржиреско на итальянском языке по поводу религиозной ситуации в Трансильвании в 1710 году (APF SOCG Vol. 572. Fol. 287r.)На каждый исторический процесс оказывают влияние различные факторы: социальные, экономические, политические и т.д. Какие факторы, по Вашему мнению, стали решающими в обращении в католицизм трансильванских армян? Это был неизбежный или случайный процесс?

Данные исследований однозначно свидетельствуют о том, что на обращение трансильванских армян в католицизм оказывали влияние церковно-политические факторы. Намерение осуществить унию имелось как у Святого  Престола, так и у львовского армянокатолического архиепископства. Римско-католическая Церковь стремилась к созданию церковного союза, намереваясь в перспективе объединить Армянскую Апостольскую Церковь с Римом.  В Риме считали, что уния предоставляет возможность восстановления союза двух Церквей, который существовал во времена Св. Григория Просветителя и понтификата Папы Сильвестра I, однако затем был нарушен по вине недостойных преемников первого, когда в Армянской Апостольской Церкви был открыт путь еретическим тенденциям. (В конце XVII века в Венеции и Падуе было напечатано «Письмо о дружбе и союзе великого императора  Константина и святого Сильвестра, верховного папы с Трдатом, царем Армении и святым Григорием Просветителем, составленное в 316 году» – мифический документ в подтверждение издревле бытовавшего предания о поездке царя Трдата и Св. Григора Лусаворича в Рим. Издание было основано на двуязычном манускрипте, появившемся ранее в XVII веке в среде миссионеров-доминиканцев в области Нахичевана, который включал также «Апологию  двойственной природы Христа против армян-монофизитов». – Прим. ред.) Рим видел в армянских диаспорах своеобразные каналы, которые в перспективе способствовали бы обращению в  католицизм всей Церкви в Армении. Сегодня это кажется абсурдом, но в те времена воспринималось совершенно серьезно.

Экономических и социальных факторов я не усматриваю. В этом однозначно сыграло роль то обстоятельство, что трансильванский князь протестантского вероисповедания Михай Апафи (1661-1690) предоставил армянам возможность свободной торговли на территории всего Трансильванского княжества. После смерти князя Михая Апафи в 1690 году Трансильванское княжество оказалось под властью католических Габсбургов, однако это не  затронуло привилегий армян. Напротив, эти привилегии были даже упрочены и расширены в 1731 году. Разумеется, сыграл роль тот факт, что к тому времени армяне уже объединились с Римом. Трансильванские армяне официально  провозгласили церковную унию перед львовским армяно-католическим архиепископом Варданом Хунаняном в феврале 1689 года, т.е. за год до начала эпохи владычества Габсбургов. Обращение трансильванских армян в католицизм оказалось неизбежным процессом.

Принятие церковной унии спустя двадцать или тридцать лет после иммиграции было лишь вопросом времени. Более того, церковная уния предшествовала трансильванской контрреформации, начавшейся в 1690 году с приходом Габсбургов к власти. Если бы обращение в католицизм происходило при правлении Габсбургов, то, очевидно, речь бы шла о феномене иного характера. Дело в том, что двор венских Габсбургов делал все возможное для  обращения своих подданных. Вследствие этого он поддерживал иезуитов, церковную унию трансильванских  румын и карпатских русинов, Венгерскую Католическую Церковь. В результате миссий двор Габсбургов втянулся бы в  серьезный конфликт со Святым Престолом. Не следует забывать, что Венгрия и Трансильвания в конце XVII – начале XVIII веков рассматривались как целевая территория миссии Святого Престола, что приводило к серьезным конфликтам с учетом политики венского двора в деле обращения в католицизм.
Сообщение неизвестного иезуита на латинском языке католическому примасу Венгрии о церковной истории армян (ELTE EEK Collectio Hevenesiana Cod 21. pag. 81.)
В чем состояла роль личностей – Вардана Хунаняна, Оксендио Виржиреско и др., а также роль локальных факторов в сравнении с ролью организаций и глобальных факторов – например, деятельностью Пропаганды Веры в Восточной и Центральной Европе?

Начнем с того, что Пропаганда Веры как миссионерская организация Святого Престола  (латинское название: Sacra Congregatio de Propaganda Fide), основанная в 1622 году,  функционировала как глобальная организация, если использовать современный термин. Будучи как мировой, так и церковной организацией, она располагала относительно точной информацией об окружающем мире. Пропаганда Веры занималась миссионерской деятельностью среди коренных жителей Америки, Азии и Африки, а также координацией миссий в Европе. Разница заключалась в том, что на вновь открытых континентах эта организация стремилась обратить в христианство языческое население, тогда как в Европе и на Ближнем Востоке ставило целью обратить (или вернуть) в католицизм протестантов и христиан восточного обряда. Например, население Венгрии и Трансильвании в начале XVII века было большей частью протестантским, в Трансильвании и северо-восточной Венгрии было немало православых, Католическая Церковь в то время не имела влияния. Для организации миссионерской деятельности среди населения, подлежащего обращению или возвращению в католицизм, Святая Конгрегация Пропаганды Веры отдавала предпочтение проповедникам, знакомым с местными реалиями, традициями и владеющим языком местного населения. С этой целью при действенном участии Папы Урбана VIII (1623-1644) в 1627 году ею была основана собственная духовная семинария под названием Collegium Urbanum. В этой коллегии училось немало армян, по преимуществу выходцев из  Армении, обратившихся в католицизм в процессе миссионерской деятельности. В числе воспитанников коллегии некогда был и архиепископ Вардан Хунанян (1644-1715), принявший католичество в Риме, будучи уже в священническом сане. Кроме этого, в связи с армянской унией во Львове Святая Конгрегация Пропаганды Веры основала там в 1666 году Армянскую Коллегию, координировавшуюся монахами-театинцами, которые обладали значительным опытом миссионерской деятельности в Армении. Оксендио Виржиреско начал обучение в Армянской Коллегии, закончил же его в семинарии Collegium Urbanum.

Невозможно обойти вниманием роль Оксендио Виржиреско в обращении в католичество трансильванских армян. Он получал значительную поддержку от светских трансильванских властей, трансильванских иезуитов, местных представителей римской католической церкви. Роль же Вардана Хунаняна была скорее опосредованной. Несмотря на то что львовское армянское униатское архиепископство инициировало в 1683 году среди трансильванских армян католическую миссию, поддерживаемую Святой Конгрегацией Пропаганды Веры, номинально не он возглавлял в то время архиепископство. Выступая в качестве рукоположенного епископа, он действовал тогда в Армении как миссионер. Делами архиепископства управлял Деодатус Нерсесович (1647-1709), архиепископский коадъютор. Именно он обратил внимание Святого Престола на важность миссионерской деятельности среди трансильванских армян. Позднее архиепископ Хунанян лишь сообщал о миссионерской деятельности Оксендио Виржиреско, и его послания Святому Престолу имеют исключительную ценность. Кроме того, Хунанян рукоположил Оксендио Виржиреско в епископы во Львове в 1691 году. С 1690 года трансильванские армяне состояли в непосредственной церковной юрисдикции Святого Престола. Вследствие этого официальное вмешательство львовского армяно-католического архиепископа в церковные дела трансильванских армян было незначительным. Тем не менее с начала миссии в 1685 году вплоть до 1690 года львовское униатское архиепископство обладало церковной юрисдикцией, перешедшей впоследствии к Святому Престолу. Наконец, следует упомянуть львовского префекта Армянской Коллегии театинца Франческо Бонесана (1651-1709), который оказывал Оксендио Виржиреско весьма существенную материальную и моральную поддержку.

Каковы были реальные связи с Эчмиадзином после переселения армян из Молдавии в Трансильванию? Какую мотивацию для союза с Римом и разрыва с Эчмиадзином предлагали армянской общине сторонники союза?
Сообщение Оксендио Виржиреско Св.Престолу о привилегиях новопостроенного города Арменополиса от 1711 года (APF SOCG Vol. 583 Fol., 212r.)
Трудно найти этому конкретную мотивацию. Только спустя десятилетия после заключения церковной унии выяснилось, что, возможно, благодаря униатской вере трансильванские армяне смогли добиться от светских властей более  многочисленных и выгодных привилегий, которыми они стали пользоваться, главным образом, начиная с 1730-х годов. Важной мотивацией для армян, возможно, служила большая географическая близость к Риму по сравнению с  Эчмиадзином. Кроме того, армянским католикосам с большим трудом удавалось поддерживать контакты с трансильванскими и польскими армянскими общинами, которых они не могли защитить от возможного произвола светских властей. Не следует забывать, что Армянская Апостольская Церковь испытала в XVII веке глубокий моральный кризис. Было много самопровозглашенных епископов и архиепископов, которые, получив поддержку от местных  персидских или турецких властей, провозглашали себя католикосами. Эти проблемы сильно сковывали Эчмиадзин. Вспомним о церковной унии с Римом, провозглашенной во Львове Николаем Торосовичем, против которой Эчмиадзин не смог выступить должным образом.

В связи с переселением в 1668 году трансильванские армяне практически прервали связи с Эчмиадзином. Кроме того, католикос освободил епископа Минаса от службы в молдавском епископстве, назначив и рукоположив взамен  его другого священника, хотя и не лишил Минаса епископского сана. После смерти Минаса в 1686 году католикос назначил и рукоположил в епископы трансильванских армян апостольского обряда выходца из Польши Теодора Вардановича (1652-1700). Бывший униат Варданович был преданным сторонником архиепископа Торосовича, но после его смерти покинул Польшу и отрекся от униатской веры. Варданович, тем не менее, так никогда и не добрался до Трансильвании. Вместо этого он отправился в Рим, вновь принял католичество, и там же, в Риме, умер. Наконец, Эчмиадзин делегировал в Трансильванию для обращения тамошних армян некоего вардапета Вардана. Эта инициатива успеха не имела: он был буквально выдворен из Трансильвании епископом Оксендио Виржиреско. После этого Эчмиадзин уже не предпринимал никаких действий.

Расскажите подробнее о попытках выступления против союза или его отмены.

В действительности в связи с осуществлением церковной унии Оксендио Виржиреско вступал в весьма серьезные конфликты с армянскими священниками. Епископ иначе истолковывал церковную унию по сравнению с армянским духовенством. Он был приверженцем латинского обряда, в то время как духовенство стремилось сохранить в рамках унии армянские богослужебные традиции в отношении литургического языка, армянского календаря, евхаристии  и т.д. Это стало причиной двух крупных раздоров: против ошибочной политики епископа в 1691 году произошло выступление под руководством вардапетов Вардана Потоцкого и Аствацатура Нигосяна, а в 1697 году – под эгидой  протоиерея Элии Мендрула. Священству успешно удалось восстановить население против униатской веры. На этом фоне Оксендио Виржиреско осуществлял насильственную и нетерпимую политику обращения в католицизм.  Ситуация настолько осложнилась, что в конце XVII века перед Святым Престолом встал вопрос об отстранении Оксендио Виржиреско. Многие из трансильванских армян возвратились в Молдову и окончательно отказались от  церковной унии. Ситуацию удалось нормализовать лишь при активном содействии светских властей, трансильванских иезуитов и венских нунциев.

Что Вы думаете о современном состоянии арменистики в Венгрии?

Положение непростое, можно сказать, почти бесперспективное. Следует отметить, что арменистика в Венгрии никогда не была институциализирована. Это вызывает большую душевную боль. Скажем, курсы по арменистике в Будапештском университете читались на кафедрах востоковедения. Профессор Эдмонд Шюц мечтал о создании в Венгрии кафедры арменистики. К сожалению, обстоятельства сложились неблагоприятно. Многие из первых учеников Шюца сменили научное направление, некоторые ушли из жизни. Сам я стал учеником профессора, когда тот был уже в весьма преклонном возрасте. После смерти Шюца нам, его последним ученикам, пришлось начинать буквально с нуля. Мы работали на общественных началах и пытались найти студентов. Когда, едва сводя концы с концами, мы подняли вопрос об оплате, то получили циничный ответ, что должны быть довольны, работая в лучшем университете страны. Тогда я сразу же принял решение об уходе. Спустя некоторое время я устроился в Академию наук Венгрии. Если смотреть в будущее, то арменистика в Венгрии сможет институализироваться только путем «пошаговой» политики. Для этого необходимо еще несколько докторских диссертаций, поскольку кафедра может быть создана только высококвалифицированными педагогами.

Какие основные позитивные факторы и основные проблемы арменистики за последние годы Вы могли бы назвать?

Основная проблема заключается в экзистенциальной неопределенности. Присутствует и профессиональная зависть. Арменистика в Венгрии все еще остается диковинкой для представителей других научных дисциплин. С уходом из  жизни профессора Шюца были приостановлены многие перспективные начинания. Позитивным же фактором послужило то, что нам удалось отыскать одного из его учеников, живущего и работающего в Лейпциге и, слава Богу, имеющего ученую степень. Лично для меня позитивным фактором стало нахождение компромисса: мне удалось продолжить работу по специальности, переключившись с арменистики на венгерскую историю (историю  трансильванских армян и контрреформации). Так я оказался в Институте Истории Академии наук Венгрии. Благодаря этому я получил возможность продолжить исследования в Риме и Ватикане, а также защитить докторскую диссертацию.

 
Перевод с венгерского Владимира Стасюка
Средняя оценка:3/5Оставить оценку
Использован шрифт AMG Anahit Semi Serif предоставленный ООО <<Аракс Медиа Групп>>