вход для пользователя
Регистрация
вернуться к обычному виду

"Армяне в послевоенной Германии" - Азат ОРДУХАНЯН

28.08.2011 Азат Ордуханян Статья опубликована в номере №2 (35).
Комментариев:1 Средняя оценка:5/5

Азат Ордуханян

Я родился в 1965 году поблизости от Еревана, в селе Гетап Масисского района, где жили армяне, переселившиеся в 1920-1921 годах из села Кохб Сурмалинской области. Образование получил в Ереванском государственном пединституте на историко-географическом факультете. После этого поступил в семинарию в Эчмиадзине. В советской системе образования отсутствовало изучение истории Армянской Церкви, в университете мы не могли познакомиться с богословскими трудами. Мне этого не хватало, чтобы состояться как историку. Я хотел не просто изучать ААЦ , ее историю, но прочувствовать, что представляет собой жизнь духовного лица, чтобы понять глубинную сущность нашей Церкви. Я уверен, что для понимания каждого явления необходимо самому прожить его. То же самое касается спюрка – хоть я и прочел много книг, но не понимал, что это такое, до тех пор пока сам не оказался в спюрке, не начал работать в диаспорных организациях.

Я был уже на четвертом курсе, оставался год до окончания, но я прекратил учебу, потому что был принят в университет Ла Верни в США и должен был готовиться к отъезду. Туда приняли пятерых, но нас не отправили в США. Новоизбранное руководство из АОД сорвало этот прекрасный проект. Я решил своим ходом добраться в США и занять положенное мне место. В апреле 1993-го мне удалось с трудом добраться до Германии, но здесь я узнал, что наши места в американском университете уже заняты. «На территории нынешнего Центрального рынка (Гросмаркта) с 1944 по 1945 гг. были размещены более 200 рабочих из Армении, привлеченных к принудительному труду. (Установлена) 16 июня 1999г. по случаю 28-го немецкого церковного евангелического съезда в Штутгарте».
 

Памятная доска под автомобильным мостом. «На территории нынешнего Центрального рынка (Гросмаркта) с 1944 по 1945 гг. были размещены более 200 рабочих из Армении, привлеченных к принудительному труду. (Установлена) 16 июня 1999г. по случаю 28- го немецкого церковного евангелического съезда в Штутгарте».

У меня и в мыслях не было здесь оставаться, я не знал ни слова по-немецки, только всем известные фразы из советских фильмов про войну. Постепенно начал осваивать язык. Лет пять меня не допускали к поступлению в университет, поскольку, по немецкому законодательству, если ты приезжаешь сюда учиться, ты должен приехать по студенческой визе. Моя виза была туристической, и это стало для меня большой проблемой. Пришлось в декабре 1996 года отправиться в Австрию и там получить в немецком посольстве студенческую визу в Германию. До этого я работал в армянских общинах, где мне пришла в голову идея восстановить научно-культурное «Армянское академическое общество-1860». Оно заново открылось в 2001 году в городе Бохуме.

Бывшие здания казарм Функер (Функер-казерне), где размещался лагерь для армянских перемещенных лиц Бывшие здания казарм Функер (Функер-казерне), где размещался лагерь для армянских перемещенных лиц


В 1993-1994 годах я почти год проработал в церкви Кельна, где находится центр епархии Германии ААЦ . Тогда епархия как раз создавалась, и мы были заняты этой работой. Впервые в истории ААЦ решение о создании такой епархии принял католикос Вазген I в 1991 году, и главой епархии был назначен вардапет Гарегин Бекчян.

Памятная табличка с надписью «Военная зона! Несанкционированный вход запрещен! Внимание! Применение огнестрельного оружия!»Мой профессор не захотел, чтобы я заново проходил университетский курс, он считал, что у меня уже есть достаточное образование, чтобы сразу приступить к написанию диссертации. Я хотел заново получить образование, но пришлось согласиться. Тему диссертации утвердили осенью 1997 года в Рурском университете в Бохуме, на кафедре стран Восточной Европы, под руководством профессора Берндта Бонвеча. Он широко известен в мире, в том числе и в России, долгое время сотрудничает с российскими вузами. Тема называется «Участие армян во Второй мировой войне, послевоенная судьба армянских военнопленных и армян, угнанных на работы». До меня этой темой никто не занимался. В определенной степени занимались армянскими легионерами, военнопленными, которые стали легионерами, но никто не интересовался их послевоенной судьбой. Точно так же никто никогда не интересовался темой армян, угнанных на работу в Германию. Например, историей армянского лагеря в Штутгарте, который сформировался осенью 1945 года в американской зоне оккупации. 

Бывшие здания казарм Функер (Функер-казерне), где размещался лагерь для армянских перемещенных лиц.После утверждения темы я приступил к исследованиям. Вначале нашел здесь в Германии бывших военнопленных, которые еще были живы, нашел личные архивы эмигрантов. Большей частью люди не хотели встречаться со мной, вспоминать то время. Часть военнопленных и тех, кого угнали на работу в Германию, становились бойцами-легионерами. У них сохранился страх – все-таки они жили при двух диктатурах, сталинской и гитлеровской.

Люди в лагере жили очень активной жизнью. Сейчас мы говорим, что армянская община в Германии насчитывает 50-60 тыс. человек, но она не производит ничего подобного в сфере культуры.Например, в типографии «Маштоц» было издано много книг – ни сама типография, ни эти книги не упоминаются в истории армянского книгопечатания. Издавались газеты и журналы – это тоже остается неизвестным. Люди, оказавшиеся в Германии к моменту ее освобождения, считались в Советском Союзе коллаборационистами, предателями. Сегодня молчать об этих людях абсурдно. Среди них было много патриотичных и творческих личностей. Другой пример: в Германии давали концерты ансамбль песни и танца под управлением Жоры Макаряна, ансамбль иностранных песен и танцев. Но и они неизвестны в соответствующей области истории нашей культуры. Были спортивные команды, были выставки художников в 1945-м и последующих годах, у меня есть каталоги этих выставок. Вместе с латышами, литовцами армяне организовывали антисоветские митинги. Все это не изучается ни в Армении, ни в спюрке, потому что глупейшим образом связывается с нацистами. Мне удалось собрать много писем, документов, справки из личных архивов, некоторым я даже помогал найти следы пропавших без вести родных. Трудности возникают в том случае, если человек поменял фамилию, чтобы не попасть в руки советской власти.

Армянский футбольный клуб, созданный из бывших военнопленных и лиц принудительного

Я работал в 28 архивах пяти стран. Очень интенсивно работал в России, особенно в Сибири. Зимой и весной 2001-го в Кемерово, весной-летом 2002 года в Барнауле, в Москве в самых разных архивах в 2003-2004 годах. Много работал также во французских, австрийских архивах, в архивах Германии и Армении. В европейских архивах легче работать, чем в российских или армянских, но проблемы разрешимы.

У меня есть копии десятков тысяч документов, впервые вынесенных на свет из недр хранилищ. Помню, месяцами работая в австрийских архивах, я каждые полчаса мыл руки, чернеющие от пыли. С 1945 года, а иногда и с 1942-го эти документы были отправлены в архив, и никто с тех пор их не трогал. Множество бесценных материалов нашлось в архиве венских мхитаристов.

Во время работы в австрийском государственном архиве в Вене я представил список людей, чьи дела хотел бы просмотреть. Директор архива объяснил, что не может их выдать – я должен подтвердить, что эти люди уже умерли или им больше ста лет, поскольку эти личные дела связаны с нацизмом. Объясняю, что я иностранец, приехал из другой страны – где я возьму такую информацию? Я знаю имена и фамилии, знаю, что эти люди находились когда-то в Вене – спасали пленных, или были в лагерях, или служили в батальонах.

 

Общий вид лагеря Ансамбль народной песни и танца под руководством Жоры Макаряна

Выборное лагерное руководство и дети, живущие в лагере Отряд скаутов лагеря в Штутгарте. Лозунг на армянском языке: «Без борьбы нет свободы»


Я отправился к нашему србазану, архиепископу Месропу Григоряну, ответственному за ААЦ в Восточной Европе. Хотел поинтересоваться, сможет ли он помочь мне со справками о смерти этих людей. Однако, к сожалению, он в это время отправился в Швецию, тамошние армяне тоже входили в сферу его ответственности. Я остался в безвыходном положении. Приехал на свою стипендию, чтобы провести исследования, а мне не дают разрешения работать. Тогда я отправился на центральное кладбище Вены, стал искать могилы людей из своего списка. Кладбище огромное – конца и края нет. Читая надписи, нашел несколько нужных мне людей, сфотографировал эти могильные плиты. На следующий день отнес показать фотографии директору архива. Он удивился, что я так быстро нашел подтверждения смерти – кто мог мне дать такую информацию, если архиепископ уехал в Швецию. Я разложил фотографии на столе – объяснил, что весь вчерашний день провел на центральном кладбище. Он долго смеялся, сказал, что этот случай отлично подходит для «Радио Еревана» (так иногда называют «Армянское радио». – Прим. ред.), только армянин мог до такого додуматься. Сказал, что в нарушение закона выдаст просмотреть любой нужный мне акт.
 

Книги, журналы и брошюры, напечатанные в типографии «Маштоц» при лагере в Штутгарте. Книги, журналы и брошюры, напечатанные в типографии «Маштоц» при лагере в Штутгарте. Книги, журналы и брошюры, напечатанные в типографии «Маштоц» при лагере в Штутгарте.

Книги, журналы и брошюры, напечатанные в типографии «Маштоц» при лагере в Штутгарте. Книги, журналы и брошюры, напечатанные в типографии «Маштоц» при лагере в Штутгарте. Удостоверение армянского скаута

Книги, журналы и брошюры, напечатанные в типографии «Маштоц» при лагере в Штутгарте. Книги, журналы и брошюры, напечатанные в типографии «Маштоц» при лагере в Штутгарте.


Другая история произошла в архиве центрального кладбища Штутгарта в конце лета- начале осени 2005 года. Всего в городе десять кладбищ – на самом старом из них в самой старой его части есть могилы 60 военнопленных армян. Сами немцы кладут новых покойников поверх прежних, но поскольку тут похоронены военнопленные, они не имеют на это права. На могильных камнях написано по-немецки и по-армянски, есть даже стихотворные надписи. В Штутгарте наши соотечественники во время войны работали на предприятии концерна «Даймлер-Бенц». После войны в Штутгарте находился армянский лагерь – Функерказерне, о котором я уже говорил. Здесь до конца 1951 года существовала самая крупная из послевоенных армянских общин в регионе.
 

Письмо от Центрального исполнительного комитета армянских перемещенных лиц и беженцев в Германии (Штутгарт) Письмо из АNCHA от 25 октября 1948 года, адресованное Центральному исполнительному комитету армянских перемещенных лиц и беженцев в Германии. Упоминается об организации выезда армян из Италии в страны Южной Америки, в первую очередь в Аргентину, поскольку власти США будут отдавать приоритет перемещенным лицам из американской зоны оккупации. Также упоминается о приобретении формы для скаутов лагеря в Штутгарте на складах американской армии

Свидетельство об окончании учебного 1948-1949 г. в армянской средней школе Штутгарта. перечень предметов: религия, армянский язык. история Армении, всеобщая история, география Армении, всеобщая география, алгебра, геометрия, физика, естественная история, английский язык, немецкий язык, рисование, каллиграфия, пение Свидетельство об окончании учебного 1948-1949 г. в армянской средней школе Штутгарта. перечень предметов: религия, армянский язык. история Армении, всеобщая история, география Армении, всеобщая география, алгебра, геометрия, физика, естественная история, английский язык, немецкий язык, рисование, каллиграфия, пение

Пригласительный билет от Армянского Национального Комитета на празднование Дня независимости Армении 28 мая 1949 года в лагере «Функерказерне». В программе поминальная служба в память жертв и героев борьбы за независимость, митинг с выступлениями д-ра А.Абегяна и г-на Б.Барбаряна, культурная часть и художественное представление в лагерном театре, обед и фейеверк


Джордж Мартикян с супругой; Подготовка к празднованию дняДиректор кладбища показал мне часть списков, хранящихся у него в кабинете, но я сказал, что хочу просмотреть все. Мне объяснили, что там сотни тысяч документов, они хранятся в подвале, где нет специальных сотрудников. Они могут только провести меня в подвал и запереть там одного на ключ, поскольку отвечают за сохранность документов и не имеют права разрешить мне оставаться одному при открытых дверях.

Меня действительно заперли в подвале, предварительно спросив, когда прийти и выпустить обратно. Я сказал, что часа через четыре. Мобильная связь не работала, было темно – только небольшое окошко и документы. Нужно было просмотреть тысячи карточек с фамилиями покойников, чтобы отыскать среди них единицы армянских. Там очень тяжело, даже страшновато было находиться, души такого количества умерших как будто сгустились в воздухе. Одну за другой я нашел часть карточек похороненных здесь армян. Потом сотрудники вспомнили, что есть еще карточки на чердаке, отвели меня туда и тоже заперли.

Армянка из ссср из числа лиц, привлеченных к принудительному труду (см. бирку с надписью «OST»)В Германии у меня были трудности только с допуском к архивной документации концерна «Даймлер-бенц», поскольку это сопряжено с вопросом выплаты пострадавшим компенсации. В Штутгарте, в одном малолюдном месте под автомобильным мостом, установлена табличка с указанием, что во время войны здесь было принудительно привлечено на работу более двухсот армян. Наверняка туда были насильственно отправлены и рабочие других национальностей – я занимался только армянами, поэтому искал только упоминания об армянах. Табличку установили сами немцы без всякой инициативы армянской общины. 

Расскажу еще про попытку поработать в архивах службы национальной безопасности в Армении. Я стал первым, кто обратился к министру национальной безопасности за разрешением на доступ к документам людей, с которыми не имею родственных отношений. Мне так и объяснили, сказали, что я должен написать заявление, и оно будет рассмотрено. Разрешение я получил за день до запланированного заранее возвращения в Германию, когда было уже поздно.

Арсен Тапалцян, первый председатель правления лагеря в ШтутгартеВообще с этой темой связано много сложностей. Есть люди, которые отказываются встречаться с тобой, не хотят ни слышать, ни говорить о том времени, не хотят, чтобы их имя каким-то образом было связано с Германией военного времени. Их потомки уже ассимилировались. В Мюнхене были радиостанции, которые вели антисоветские передачи, в том числе на армянском. Я позвонил одному-двум еще живым старикам, но они не захотели встречаться – сказали, что уже в таком возрасте, что ничего не помнят. Нужно было раньше, хотя бы в 1980-е, обращаться к тем, кто работал на «Голосе Америки», например, к Левону Торосяну. В Советском Союзе тема была закрытой, здесь тоже особенно не приветствовалась. Этих бедняг связывали с нацистами, хотя тот же Дро просто старался спасти из концлагерей молодых армян, оказавшихся под угрозой гибели. Большей частью их не отправляли на фронт, посылали на юг Германии и Франции возделывать виноградники.

Многие из армян, оказавшихся среди перемещенных лиц, попали в Австрию. Венские мхитаристы предоставили у себя еду и кров этим армянским беженцам. Мы до сих пор смотрим на них как на арменоведов или на католических монахов и священнослужителей. Почти не изучена их социальная работа, в частности, их помощь армянским военнопленным во время войны. Монахи также посещали воинские части, проводили службу для солдат. Собирали одежду и раздавали нуждающимся. Они проделали очень большую работу, поскольку представителей ААЦ в Австрии практически не было, что ограничивало возможности Армянской Церкви.


Газеты «Вестник» и «Эмигрант»После окончания войны Германия была разделена на четыре оккупационные зоны. Согласно Ялтинскому соглашению советские представители требовали передачи им бывших советских граждан из всех других зон. В то же время в советской зоне оказалось немало американских, британских, французских военнопленных, поэтому можно было диктовать условия. Самую жесткую позицию по отношению к перемещенным лицам занимало правительство де Голля, выдавая практически всех, хотя, конечно, и в других зонах творились антигуманные действия. Из французской и британской зон оккупации армяне бежали в американскую зону, где отношение было более либеральным. В Штутгарте уже существовало первоначальное ядро из бывших рабочих завода автомобильной компании «Даймлер-Бенц» – еще в 1944 году в условиях наступления Красной Армии дашнакские деятели из берлинского комитета отправляли на работу в Штутгарт армян из восточных регионов Германии – Берлина, Лейпцига, Дрездена, Тюрингена. Центрами для армян стали Штутгарт, Мюнхен и Гейдельберг, а также Франкфурт и Оснабоюк – всего армян насчитывалось от четырех до пяти тысяч. Во время войны много армян работало в Корнвестхайме, где находился центр производства обуви «Саламандер». Работали здесь в том числе 200-250 армян, угнанных на работу из Греции. Когда советские особые группы выезжали забирать бывших своих граждан, наши армяне из Крыма и других регионов вывешивали над местом своего проживания греческий флаг, тоже представляясь гражданами этой страны. Так им удалось избежать насильственной репатриации.

Газеты «Вестник» и «Эмигрант»В лагере были армяне-сапожники, выходцы из Алашкерта. Люди стали обучать друг друга и быстро наладили массовое производство обуви. В городском архиве Штутгарта я нашел интересные письма. За короткое время во время американской оккупации вчерашние военнопленные открыли на центральных улицах Штутгарта целую сеть магазинов. Один из жителей Штутгарта пишет мэру города, что если так дальше будет продолжаться, «армяне превратят нашу Кёнигштрассе в восточный базар». Конечно, из «перемещенных лиц» не только армяне, но также и представители других народов проявляли экономическую активность – например, поляки. В 1951 году американцы передали все вопросы по оставшимся в Германии «перемещенным лицам» (displaced persons) самим немцам. После этого армянские магазины и столовые начали друг за другом закрывать под предлогом несоблюдения санитарных требований.

Те армяне, кто не уехал в Америку, остался в Германии, получили паспорта как иностранцы без родины. Некоторые прожили с этими паспортами до самой смерти. У меня есть много образцов таких паспортов. Другие армяне позднее получили немецкое гражданство.
 

Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте

Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте

Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте

Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте

Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте

Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте Современное состояние могил на армянской части центрального кладбища в Штутгарте



Руководство лагеря в последний период его существования. Крайний справа – Мисак ТорлакянОснователь ANCHA Джордж Мартикян был владельцем знаменитого в Сан-Франциско ресторана «Омар Хайям». Во время войны он был назначен экспертом по вопросу столовых американской армии в Германии. Приехав в страну, он случайно узнал от американских чиновников о том, что в Штутгарте и других городах находится немало армян, и будущее их совершенно неопределенно – их могут депортировать, передав в руки советских властей. Вернувшись в США, Мартикян при поддержке Армянского Союза Помощи создал организацию ANCHA. Он добился того, что армяне из Германии, Австрии и Италии смогли получить разрешение на приезд в США и страны Латинской Америки – Колумбию, Венесуэлу, Аргентину, Бразилию.


Армянский священник на фоне 7-го лагерного блокаПосле 1951 года в Германии остались только 200-300 человек из числа «перемещенных лиц» армянской национальности. До 1960-х годов армянская община практически не существовала – все жили рассеянно, отдельными семьями и дружескими связями.

С 1961 года, когда Германия заключила с Турцией договор о работе гастарбайтеров, в числе прочих в страну стали приезжать армяне – граждане Турции. Армянское присутствие снова стало возрастать. В немецких университетах снова появились армянские студенты – я уже говорил о том, что еще в 1860 году в Лейпциге было создано Армянское академическое общество, которое прекратило действовать в годы нацизма. Среди основателей Ереванского госуниверситета 70% составляли люди, получившие образование в Германии.

В результате израильско-палестинского конфликта, гражданской войны в Ливане, иранской революции в Германии стали появляться армяне из Ближнего Востока и Ирана. После распада ССР стали приезжать и армяне из РА , других советских республик. Армяне из числа бывших «перемещенных лиц» стали для новых эмигрантов крепким мостом в деле интеграции и создания общин – они были созданы в Штутгарте, Мюнхене, Берлине, Кельне.

 

Использованы архивные фото из собрания Азата Ордуханяна

Средняя оценка:5/5Оставить оценку
Использован шрифт AMG Anahit Semi Serif предоставленный ООО <<Аракс Медиа Групп>>