вход для пользователя
Регистрация
вернуться к обычному виду

"Живая вода" - Интервью с Самвелом КАЗАРЯНОМ

24.06.2006 Статья опубликована в номере №3 (3).
Комментариев:0 Средняя оценка:3/5

Самвел Казарян


В Москве нам повезло встретиться с Самвелом Григорьевичем Казаряном — заслуженным строителем, бизнесменом, книгоиздателем. Редко удается встретить сочетание с одной стороны зрелости, жизненного опыта, с другой — искренней увлеченности, неподдельного энтузиазма. Не секрет, что в патриотических начинаниях нередко присутствует желание "продвинуть" самого себя. У Самвела Григорьевича такого желания нет и в помине. Он человек состоявшийся и только любовь к родной стране, родному народу подвигла его на новое большое дело — просветительское.
 

Расскажите немного о себе, своей молодости.

Я родился и вырос в прекрасном городе Ереване. В молодости занимался спортом, был мастером спорта СССР по боксу.

Одно из ярких воспоминаний того времени — народный подъем 24 апреля 1965 года. Нас, студентов Ереванского строительного техникума, заперли в здании, чтобы воспрепятствовать нашему участию в демонстрации. Мы стучали в двери, требуя открыть их, стали спрыгивать из окон второго этажа. Помню, наш директор Чугурян перехватил нас у ворот, уговаривал не ходить. Было ясно, что он поддерживает в душе наше стремление, но останавливает по долгу службы, вдобавок боится провокаций и последующих арестов. Но мы все равно оставались непреклонными. "Вас я понимаю, — сказал директор. — Ну, а ты, Жора, зачем нарываешься на неприятности?" В нашей группе Жора Чухненко был единственным неармянином. "Я должен быть в первых рядах, — ответил наш сокурсник. — Пусть все видят, что это дело не только армянского народа". "Идите, ребята, — уступил, наконец, директор. — Только, прошу вас, будьте осторожны".

Мало кто знал тогда о Севрском договоре, но на самодельных плакатах и транспарантах главным было требование возврата наших земель. Всеобщий патриотический подъем запомнился мне на всю жизнь.

Вы профессиональный строитель, у Вас на счету много известных объектов.

Строил в родном городе музей Параджанова, гостиницу Слева направо: Владимир Габисонян, Самвел Казарян, Геворг Петросян, Ваган Апроян. В центре архиепископ армяно-католиков Турции Чолоян"Ширак", много жилых домов. Возводил этнографический культурный комплекс "Дзорагюх" до тех пор пока не прекратилось финансирование. Работал и в Москве. Отремонтировал на ВДНХ полуразрушенный павильон, выделенный Армении. В год Олимпиады строил объекты на проспекте Мира. Награжден орденом "За трудовую доблесть". С 1994 года живу в Москве и продолжаю заниматься строительством. За последние два года организовал здесь картинную галерею, которая преобразована в культурный центр "Рослин".

Что подтолкнуло Вас к идее возобновить армянское книгопечатание в России? Идея, безусловно, благородная, но ведь не было никаких гарантий безубыточности проекта.

Иногда меня спрашивают: почему армяне всегда так гордятся своим происхождением? Мы стояли у истоков человеческой цивилизации, у истоков государственности, у истоков христианства. Многие древние народы растворились в других, исчезли с лица земли, а мы были и есть.

Наше издательство в первую очередь ставит своей целью восстановить связь между армянской литературой и теми армянами, которые родились вне Армении и в значительной степени оторваны от своих корней. Многие испытывают потребность в армянской литературе, но в силу самых разных причин не могут найти ее на полках книжных магазинов. Армяне МушаУ других эта потребность еще только должна сформироваться. Пусть читатели почувствуют пафос героического прошлого нашего народа, пусть у них обострится чувство принадлежности к своему народу, сопричастности его судьбе. Те, кто сегодня равнодушен к истории и культуре своего народа, должны подумать об интересе, который завтра возникнет у их детей.

Для начала мы хотим переиздать книги из золотого фонда нашей литературы, которые стали уже библиографической редкостью. В серии исторического романа вышли такие признанные шедевры жанра, как "Раны Армении" Хачатура Абовяна, "Самвел" и "Давид Бек" Раффи, "Геворг Марзпетуни" Мурацана, "Торос, сын Левона. В муках рождения" Церенца, "Вардананк" Дереника Демирчяна, "Царь Пап" Стефана Зорьяна, "Зов пахарей" Хачика Даштенца, "Царица армянская" Серо Ханзадяна, "Серебряный век" Микаэла Шатиряна. В поэтической серии — стихотворные жемчужины Костандина Ерзнкаци, Наапета Кучака, Даниела Варужана, Вагана Терьяна, Паруйра Севака, Ованнеса Шираза, Сильвы Капутикян.

Об убыточности или неубыточности проекта я не думал. Даже если проект в финансовом отношении провалится, это не будет провалом его духовных, идейных целей и задач. Если проект окажется неубыточным, мы скажем спасибо нашим читателям.

На кого Вы опираетесь, есть ли у Вас единомышленники?

Спасибо помощникам, единомышленникам, доброжелателям, особенно моему партнеру в издательском деле Торосяну Гагику. Вообще любой человек, который покупает и читает наши книги, уже наш единомышленник.

Какие произведения армянской литературы произвели на Вас наибольшее впечатление?

В детстве нравились армянские исторические романы. Но самое сильное впечатление произвела на меня книга, прочитанная уже в достаточно зрелом возрасте. "Зов пахарей" Даштенца я прочел в 1980 году, во время московской Олимпиады. Вернувшись в Армению, сразу отправился со своей трехлетней дочерью в Эчмиадзин, во двор церкви Сурб Гаяне возложить цветы на могилу Махлуто (Смбата Борояна). Фидаин, который стал героем романа Даштенца, похоронен здесь рядом с Хентом — тоже реальным человеком, ставшим героем одноименного романа Раффи.

Поразили яркие живые образы героев "Зова пахарей" — фидаинов, посвятивших всю свою жизнь борьбе за свободу родного народа. Готовые рисковать жизнью в любую минуту, они не имели дома, не обзаводились имуществом, отказывались от семейных радостей. Носили с собой только ружье и саван для похорон.

"У фидаина нет никакого богатства, — писал Даштенц. — У него нет своего дома. Фидаин не имеет права задерживаться на одном месте больше семи дней. Он постоянно в движении. Когда все спят, фидаин бодрствует. Он лишен сладкого утреннего сна. Никто не должен знать, в каком направлении ушел-растворился в полутьме фидаин, из какого оврага вышел, на какую гору взобрался. Если фидаин пришел в село, его пристанище там — темный угол сарая или хлев армянина-землепашца. Зимой, в самую стужу, он ищет пещеру, чтобы перезимовать в ней до весны; он разрывает мерзлый снег и прячется в сугробе, оставив небольшую щель для света и воздуха. У фидаина нет могилы. Предел его желаний — умереть в бою с песней свободы на устах, получив пулю в лоб".

Такие страницы хочется читать и перечитывать…

Современную армянскую литературу, признаюсь, знаю плохо. Из последних по времени романов очень нравится роман Шатиряна "Серебряный век". Он посвящен истории Киликийской Армении и написан в традициях западноевропейского рыцарского романа. Хотелось бы прочесть новые масштабные произведения, посвященные более ранним периодам нашей истории — романы об эпохе царей Тиграна Великого, Арташеса. Мы, как издатели, готовы печатать качественные романы современных армянских авторов на историко-патриотическую тематику.

Собираетесь ли Вы издавать литературу для детей?

Вышли красочно иллюстрированные сказки Туманяна, планируем издать адаптированную для младшего возраста иллюстрированную историю Армении.

Собираетесь ли вы печатать произведения документально-исторические?

Уже напечатали "1700 лет верности. История Армянской церкви" Дж. Гуайта и подготовленную им же книгу "Крик с Арарата. Армин Вегнер и геноцид армян". Недавно выпустили "Армяне" Магды Нейман. На очереди Мовсес Хоренаци, Глинка, другие авторы. В планах "Иллюстрированная история Армении" — хотелось бы начать ее картиной Айвазовского с изображением семейства Ноя, спускающегося после потопа с вершины Арарата.

В прошлом армянского народа было много страданий, но было и множество примеров героизма. Не кажется ли вам, что этот героизм еще недостаточно отражен в литературе, молодежь привыкает видеть в нашей истории в первую очередь историю страданий, а не доблести.

Полностью согласен. Поэтому мы переиздали и собираемся дальше переиздавать знаменитые книги, посвященные истории Карабаха, где армянские меликства длительное время успешно отстаивали свое автономное существование: "Давид Бек", "Меликства Хамсы", "Мхитар Спарапет". Напечатаем и документальное исследование О.Айвазяна "Перманентная ложь", посвященное отображению карабахских событий в "нейтральных" средствах массовой информации.

Не секрет, что многие в Армении и спюрке критически относятся к крупнейшей из армянских диаспор — российской. Ее колоссальный потенциал пока еще слабо используется, разобщенность не преодолена.

Исторически сложилось так, что российская диаспора — одна из самых старых и многочисленных — никогда еще не объединялась в единое целое. В начале двадцатых годов национальные армянские партии оказались в эмиграции. На их базе на Западе сложилась достаточно мощная диаспора, для этого понадобились время и большие усилия. Сегодня в России идет вялотекущий процесс объединения армян в единую российскую диаспору. Ведь диаспора это не сумма проживающих в стране людей определенного этнического происхождения, которые думают только о собственном благе, собственном существовании. Диаспора должна работать на страну своего проживания и на страну происхождения. Новое поколение армян-эмигрантов еще на пути становления, на пути осознания того факта, что они живут не в большой стране, частью которой была Армения, а в другой стране, чьи собственные интересы не всегда совпадают с интересами Армении. Нужно время и желание понять, что Армения — это храм, который строят все армяне. И мы, находясь в диаспоре, должны быть чем-то полезны исторической родине.

Как уберечь от ассимиляции молодое поколение за пределами Армении? В какой форме пропагандировать нашу культуру и образ жизни, донести до молодежи армянские ценности?

У армянина на первом месте стоит семья, поэтому все должно изначально исходить из семьи. Армянская речь должна звучать дома, понятие армянства должно быть заложено в семье. Но одним только семейным воспитанием обойтись нельзя. Молодые люди в диаспоре должны иметь возможность смотреть армянское телевидение, выходить на армянские сайты в Интернете, посещать армянские клубы, дискотеки, летние лагеря в Армении. Очень важно, чтобы молодежь из диаспоры могла общаться с молодежью нашей Родины, говорящей на родном языке. Армянский язык это основа основ, хотя история знает много примеров, когда человек, не владевший родным языком, был большим патриотом и больше делал для Родины, чем его соотечественники.

Недавно Вам удалось осуществить свою давнюю мечту: съездить в Турцию, побывать в Западной Армении, на родине Вашего деда.

В Турцию мы отправились с помощью итальянского историка, исследователя и филолога Джованни Гуайта, две книги которого вышли у нас в издательстве. Однажды он упомянул в разговоре, что группа итальянцев, около 60 человек, едет в Турцию по следам армянской цивилизации. Мы оперативно связались с организаторами этого тура. Я, мой брат Ваган Апроян и два наших товарища — Владимир Габисонян и Геворг Петросян договорились об участии в поездке.

И вот, наша небольшая группа российских армян прибыла в Стамбул, где присоединилась к основной, итальянской, группе. На следующий же день из Стамбула мы вылетели в Эрзерум, где началось наше путешествие по всей Западной Армении. Мы побывали в Эрзеруме, Карсе, Ани, Игдире, Баязете, Ване, на острове Ахтамар, в Битлисе, Муше, Диарбекире-Тигранакерте, Киликии (Адана, Сис, Тарс).

Эрзерум показался мне совершенно чужим городом, лед в душе не растаял. Но чем ближе мы подъезжали к армянской границе, тем на душе становилось теплее, чувства пробуждались. Карс уже не казался чужим. Всех потряс древний Ани, даже итальянцев, навидавшихся у себя на родине архитектурных шедевров. За крепостными стенами города сердце сжимается от сознания, что его вот уже тысячу лет разрушают ветер, дождь, снег и равнодушие людей. Крепостные башни, храмы, фрески — отдельная тема. Описать все это невозможно... Уже дома, в Москве, рассматривая фотографии, я окончательно убедился: понять и прочувствовать Ани можно только побывав там, только увидев своими глазами.

По дороге к Вану остановились в Баязете. Приехали под вечер, темнело. Арарат был рядом, казалось, можно дотянуться до него рукой. Очень хотелось увидеть гору именно с этой точки, с которой никто из нас и не мечтал увидеть... Пришлось потерпеть до утра. В пять часов утра Арарат был чист, открыт, с облачным нимбом на вершине. Мы поняли — Арарат принял нас.

 

Слева направо: Дж. Гуайта, В. Апроян, Г. Петросян, патриарх Константино-польский Армянской Апостольской церкви М. Мутафян, С. Казарян, итальянец из группы туристов
 

Ван оставил сильное впечатление. Искупались, как мечтали, в Ванском озере, отведали знаменитой рыбы — тареха. Конечно, ничего армянского в городе не осталось, все уничтожено. У подножия Ванской крепости до Геноцида был армянский квартал. По словам местного курда его сравняли с землей, снесли бульдозерами. С высоты же четко просматриваются фундаменты армянских домов. Девяносто процентов жителей города называют себя курдами, но среди них много скрытых армян.

Киликия — это райское место, здесь сохранилось много средневековых армянских крепостей. К сожалению, времени было в обрез, и многое мы там недосмотрели. Надо обязательно еще раз вернуться.

В Стамбуле нас принимал Константинопольский патриарх Армянской Апостольской церкви Месроп Мутафян. На вопрос, сколько армян, оторванных от своей веры, проживает на территории Турции, он ответил — более 2,5 миллионов. С этим трудно не согласиться, так как многие исследователи и сама турецкая пресса утверждают, что каждый пятый-шестой член Курдской рабочей партии — армянин. Даже Оджалана называют армянином. Как отметил патриарх, количество армян, возвращающихся к христианству, растет с каждым годом. В самом Стамбуле действуют 35 церквей. Сегодня в городе проживает около 75 тысяч армян — прихожан Апостольской церкви и около 2,5 тысяч армян-католиков. Встреча с архиепископом армяно-католиков Турции Чолояном произвела на меня неизгладимое впечатление, в беседе с ним я физически ощущал энергию, исходящую от этого человека. Он весь сиял, источал свет.

Думаю, настало время, чтобы Армянские радио и телевидение вещали через спутники не только на армянском языке, но и на официальном языке той страны, где проживают наши соотечественники. В особенности важно вещать на страны-соседи — Иран и Турцию — в том числе и на курдском языке.

В нашей группе были две престарелые итальянки. В первый же день, утром, они поздоровались с нами по-армянски. — Вы армянка? — Нет, итальянка. — Однако говорите по-армянски. — Мой муж был армянином. — Как же вам удалось, живя в Италии, научиться так хорошо говорить по-армянски? — Я любила своего мужа и с любовью научилась его языку. К сожалению, его уже нет со мной около десяти лет, и я немного подзабыла армянский. Не с кем было общаться. В Республике Армения я уже была, а сейчас выполняю обет, данный мужу — обязательно съездить на родину его предков, в Западную Армению.

Удивительная женщина. Она приехала поклониться памяти мужа на его родине.

Ее старшей спутнице, тоже итальянке, было 84 года. Она рассказала свою романтическую историю. До войны, в Италии, она познакомилась с молодым человеком, армянином. Полюбили друг друга, обручились. Началась война, молодого парня призвали в армию. Приходит повестка — пропал без вести. Она продолжала ждать. Закончилась война, вернулись из СССР военнопленные итальянцы — его нет. Начала искать родственников нареченного. Нашла его двоюродного брата — мужа своей теперешней спутницы. Познакомились, подружились. Прошло 65 лет, как эта женщина последний раз видела своего возлюбленного. И вот сейчас приехала на родину его предков.

Как-то, отлучившись от группы, две подруги взяли такси и поехали в сторону Сирии. Нашли село, откуда были родом двоюродные братья — муж одной и жених другой. Как оказалось, в селе этом проживают только армяне, там есть действующая церковь. Престарелые женщины помолились, зажгли по свечке и вернулись обратно.

Удивительная история.

Еще один трогательный эпизод произвел на нас очень сильное впечатление — встреча с армянами в Муше. Случилось так, что нам посчастливилось встретиться одновременно с четырьмя армянами — разных возрастов, профессий, социального положения. Двое хорошо говорили на своем родном сасунском диалекте, третий — на западно-армянском. Хуже всех говорил самый молодой из них, Сероб, но он же был, пожалуй, самой колоритной фигурой. Представьте наше изумление, непонимание происходящего: когда мой брат обнял и поднял на руки его сынишку, Сероб бросился целовать его руки, благодаря приезжего, что признал армянина в его сыне.

Побывали с братом в селе нашего деда недалеко от Муша. Взяли горсть земли, которую уже посыпали на его могилу в Ереване. Выпили воды, помылись. Живая вода родного края много значит для человека. За время нашего путешествия передо мной ожили страницы книг. Тех, что я прочел когда-то и теперь стараюсь переиздать. Можно истребить народ, разрушить его святыни, разграбить его достояние, нажитое трудом многих поколений. Но здешние земля, вода и воздух все равно останутся нашими, армянскими — с этим никому ничего не дано поделать.

Мечта всей моей жизни исполнилась. Правда, чувства остались двоякие. После поездки у меня появилось ощущение и даже уверенность, что настанет время и Армения станет единой, объединенной. Девяносто, сто лет — для истории ничто. Моя первая мечта сменилась второй.


Спасибо за интервью. Успехов в Вашем благородном деле!

Средняя оценка:3/5Оставить оценку
Использован шрифт AMG Anahit Semi Serif предоставленный ООО <<Аракс Медиа Групп>>