вход для пользователя
Регистрация
вернуться к обычному виду

"Верность выбору" - рассказывает Патрик ДОНАБЕДЯН

09.08.2010 Патрик Донабедян Статья опубликована в номере №2 (29).
Комментариев:0 Средняя оценка:0/5

Разговор с Патриком Донабедяном, руководителем отдела арменоведения в Университете Прованса (Франция).

Патрик ДонабедянНетипичный пример

Моя ситуация не совсем обычная. По возрасту я должен быть представителем третьего поколения эмиграции, но на самом деле представляю второе поколение. Отец родился в начале XX века в Киликии, в Адане, в семье армян-протестантов. Из Киликии он попал на Ближний Восток, потом во Францию, оттуда – в Северную Африку, в Тунис, где родился я. Ему в то время было уже 50 лет. Я не типичный для французской общины пример еще и потому, что мы с братом и сестрой выросли на севере Африки, вне армянской среды. Даже мама у нас не армянка – она наполовину гречанка, наполовину итальянка. По-армянски мы не говорили, только унаследовали от отца отдельные отрывки армянского наследия. Но их влияние было настолько сильным, что захотелось развивать в себе эту сторону.

 

Французский аспирант в СССР

После окончания в 1970 году французского лицея в Тунисе наша семья перебралась во Францию, как все французы Северной Африки. Я продолжал учебу во Франции, и так получилось, что мне дали стипендию для поездки в Союз. Я поехал в Армению, в Ереван, и стал заниматься тем, чем хотел – изучать средневековое искусство. Меня направили в Политехнический институт на отделение архитектуры, потому что там преподавал историю архитектуры известный ученый в этой области Вардаздат Арутюнян. Но оказалось, что в Ереване нет ученого совета для защиты диссертации по такой специальности, и мне предложили продолжить учебу в Ленинграде – оставаясь аспирантом Ереванского госуниверситета с руководителем из Ереванского политехнического института, быть одновременно аспирантом в Питере, в Академии художеств. Я, конечно, согласился. Там мне помогал замечательный арменовед – филолог, историк, блестящий ученый Карен Юзбашян. В Питере я защитился по теме «Армянская архитектура монгольского периода и скульптурный декор памятников», но эту диссертацию во Франции не признали, и очень быстро выяснилось, что я не могу найти во Франции работу по специальности. Тогда я решил готовить вторую диссертацию.



Дипломатия и возвращение в науку

С помощью французского посольства в Москве я получил должность преподавателя французского языка в Ереванском университете и остался там до конца 70-х годов. Потом мне предложили продолжить преподавать язык в Москве. Я по-прежнему безуспешно пытался найти работу по специальности во Франции и, в конце концов, согласился поработать во французском МИДе, в Лагосе, тогдашней столице Нигерии – огромной, мощной, несчастной страны. Началось другое направление в моей жизни.

После Нигерии я вернулся во Францию, где несколько лет преподавал русский язык. К этому времени рухнул Советский Союз, получили независимость бывшие советские республики. Франция очень быстро признала независимость Армении и открыла посольство в Ереване. Послом назначили мадам де Артинг. Она немного знала обо мне и в 1992 году предложила стать советником посольства по культуре. Я провел там четыре года – важный и сложный период в истории страны. Круг общения у меня был огромный, все прежние связи остались крепкими.

До этого я принадлежал к числу тех патриотов во Франции, которые старались активно помогать Армении после начала карабахского движения и событий в Сумгаите. Мы очень много работали, переводили, писали, помогали комитету «Карабах». Левона Тер-Петросяна я знал еще со времени своей аспирантуры в Ереване, тогда я каждый день ходил в Матенадаран и очень часто с ним общался. Позднее, когда он уже в качестве председателя парламента приехал во Францию, я был его переводчиком.

Я видел, как все рухнуло в Ереване в конце 1992-го – начале 1993-го, как весь народ оказался в нищете. Это были очень сильные и очень тяжелые впечатления. Утром выходишь на улицу Абовяна и видишь уже в семь утра огромную очередь перед хлебным магазином, дальше, на проспекте Баграмяна, другую очередь – перед американским посольством. Слава Богу, положительных впечатлений тоже хватало. Самое сильное впечатление осталось от моей начальницы, посла де Артинг – редкая личность, красивый во всех смыслах слова человек, с ней мне было очень приятно работать.

После Армении меня назначили в Литву на такую же должность – советником по культуре. Обычно на этой должности работают четыре года, но я проработал пять лет, до 2001-го. Я готовил к открытию французский культурный центр, работа была продолжительной, и меня попросили ее закончить. На моих глазах происходила очень интересная трансформация бывшей советской республики в западную страну.

Потом меня назначили в Париж в главное управление МИДа, где я отвечал за сотрудничество со странами Балтии и Россией. В это время я написал третью свою диссертацию, когда узнал, что мой друг, который занимал пост в университете Прованса на кафедре арменоведения, уходит на пенсию и у меня появляется возможность получить его место. По совету моих друзей из университета я решил написать и защитить эту работу, чтобы получить право быть научным руководителем диссертантов – во Франции это называется «абилитация». Это было первым шагом на пути возвращения обратно в науку. Хотя я тогда уже знал, что меня собираются назначить на дипломатическую работу в Украину. В 2004 году я отправился в Киев советником французского посольства по культуре и сотрудничеству. Это было очень интересно – большая страна, важный пост, большая команда сотрудников под моим началом.



Арменоведение во Франции

Исторический очаг арменистики во Франции находится в Париже. При Наполеоне была основана Высшая школа восточных языков и культур. Там есть старая кафедра армянского языка и арменоведения с большими историческими традициями, она до сих пор играет важную роль. Сейчас этой кафедрой руководит моя однофамилица Анаит Донабедян. Что касается университетской сети, кафедра арменоведения есть только в нашем университете Прованса поблизости от Марселя, где находится самая крупная в стране армянская община. Она больше парижской, в Марселе считают, что здесь живет примерно 80-100 тысяч армян.


Патрик ДонабедянВот два центра во Франции, где преподают армянский язык и армянскую культуру. Это связано со спецификой французской университетской системы, которая требует, чтобы кафедрами руководили люди с признанными государством французскими дипломами. Вес общины пока еще мало чувствуется и слабо влияет на развитие арменоведения. Хотя традиции в этой области науки достаточно давние, но она менее развита во Франции, чем, например, византология.

Тем не менее во Франции издается огромное количество литературы по армянской тематике. Наверное, по тому, как представлено арменоведение в книгоиздательстве за пределами Армении, Францию можно сравнить только с США. Во Франции работают первоклассные историки по самым разным эпохам, филология на самом высоком уровне, как и литературоведение. Есть такие исключительные явления, как молодой правовед Арам Мартиросян, который лет десять назад начал изучать грабар, филологию и издал на французском языке основательный анализ свода церковных законов «Kanonagirk Hayots». Есть историки архитектуры, искусства. В целом во Франции арменоведение представлено на весьма высоком уровне.

 

Патрик ДонабедянКниги

Я публиковал много статей. В 1987 году вышла большая совместная книга с Жаном-Мишелем Тьерри – «Армянские искусства». В связи с событиями конца 80-х годов нам с Клодом Мутафяном пришлось срочно издать в 1989 году небольшую книжку «Карабах – армянская земля в Азербайджане». Через два года она была переиздана в расширенном варианте. Потом эти же материалы вошли в состав двух других книг, изданных в США и Англии.

Я участвовал в различных сборниках, изданных под руководством наших общих знакомых – Арутюна (Раймона) Геворкяна, Клода Мутафяна и др. Два года назад, в 2008-м, я опубликовал в виде книги свою третью диссертацию, посвященную армянской архитектуре VII века под названием «Золотой век армянской архитектуры». Я очень хотел, чтобы книга называлась именно так, потому что действительно VII век, точнее его часть, есть «золотой век» армянской архитектуры. После этого мы с Клодом сделали основательный каталог выставки «Столицы Армении». На первой парижской выставке, которая проходила в Год Армении во Франции (2006-2007 гг.), каталог был очень скромным, поскольку не хватило времени. В этом году выставку повторили в Марселе, но уже с большим серьезным каталогом. Марсельский культурный центр, который организовал эту выставку, решил издать такой каталог и попросил нас с Клодом руководить этим делом.


Патрик ДонабедянВзгляд на древнюю армянскую архитектуру

Надо принимать во внимание богатство, древность и оригинальность нашего архитектурного наследия. Дело в том, что армянская христианская архитектура очень рано начала развиваться как специфическое явление. Поэтому, наверное, раньше и больше, чем в других странах, проявились ее особенные черты. Тем не менее она развивалась на основании не только местного наследия, но и всего, что было создано вокруг, особенно в восточных провинциях поздней Римской империи. Сознание этого наследия до сих пор недостаточно ясное – мне кажется, это одна из интересных задач истории армянской архитектуры и арменоведения в целом. Измерить глубину и ширину первоначальной армянской христианской архитектуры в контексте всего того, что создавалось в первые века христианства вокруг Армении – в Малой Азии, Сирии, Месопотамии, Палестине. Лучше понимать, как появилась наша раннехристианская архитектура, которая составляет одну из важнейших основ нашей идентичности. В связи с этим интересно, что после гибридации армянской архитектуры, которая, по моему мнению, началась в Крыму, а потом усилилась в других диаспорных общинах, уже в XIX веке начался обратный процесс возвращения к истокам. Это имело место и в самой Армении.

Патрик ДонабедянХочу еще раз подчеркнуть важность рассмотрения армянского искусства в контексте всего окружающего, чтобы выйти из изоляции, от которой мы очень страдали. Нужно открыть глаза на контакты, заимствования, не только в направлении от нас к другим, но и от других к нам. Видеть то, что нас объединяет с окружающими культурами. Особенно важно преодолеть табу и увидеть общность с мусульманскими культурами. Мне самому уже поздно развивать эту тему, но я с нетерпением жду тех ученых, которые, наконец, смогут показать, какие тесные связи объединяют Армению с окружающими мусульманскими культурами.

После второй мировой войны в истории архитектуры ученые стали считать задачей номер один создание серьезной документации, базы данных, на которую можно опираться в серьезных работах. Мы пока еще на этой стадии. Может быть, придет время, когда у нас будет достаточно солидная основа, чтобы вновь обратиться к теме связей между Востоком и Западом, как это было в начале ХХ века. Но мы, по-моему, еще не дошли до этого уровня. Нам нужны как можно более полные корпусы элементов архитектуры, декора, мотивов, приемов по Армении, Грузии, исламскому миру и с более точными датировками. Этого еще нет. Если мы получим такую основу и будем рассматривать с открытыми глазами такие элементы, как, например, сельджукская цепь, арабески, подковообразная арка, восьмиконечные или шестиконечные звезды, которые объединяют Армению с мусульманским миром, мы, как мне кажется, увидим, что эти элементы возникают почти одновременно. Даже если в одной культуре они появляются раньше, это необязательно означает заимствование. Ведь у сельджуков работало много армянских мастеров-строителей.


Задачи на ближайшее будущее

Увеличить число учащихся – у меня слишком мало студентов по сравнению с величиной марсельской армянской общины. В общине есть активная молодежь. Но они не приходят к нам, не интересуются нашими программами. Конечно, мы бы хотели увеличить число и студентов-французов.

Патрик ДонабедянВторая задача – сделать так, чтобы преподавание культуроведческих предметов по арменоведению имело более прочные основы и лучше признавалось со стороны заинтересованных специальностей. Я имею в виду отношение к преподаванию армянских истории, литературы и особенно истории искусства со стороны соответствующих департаментов. Дело в том, что в наших университетах есть отдельные департаменты, у каждого из которых свой круг студентов. И они не любят делиться студентами, когда ты предлагаешь, чтобы их студенты тоже проходили наши предметы, посещали лекции. Пока есть какое-то сопротивление – историки, медиевисты и археологи считают нас каким-то непонятным элементом вне своих сфер интереса. Мне это не нравится, я хочу, чтобы история, культура, искусство Армении входили в сферу интересов этих специальностей. Это важная борьба за то, чтобы наши предметы были признаны значимыми для студентов. Соответствующие департаменты должны признать наши предметы составной частью своих программ.

И еще есть одна цель, почти мечта – сделать так, чтобы у нас преподавались обе ветви армянского языка. Специфика нашего университета, наследие моего предшественника – у нас преподается восточноармянский язык, а в Марселе в основном община состоит из тех, кто говорит на западноармянском. Для преподавания западноармянского языка нужно найти финансирование. Количество моих рабочих часов очень велико, у меня очень много дополнительных часов, и больше я не имею права преподавать. Для преподавания западноармянского языка мне нужен второй человек, а это пока не предусмотрено штатом – пока все предметы я преподаю сам. Моя работа оплачивается государством, но частное спонсорство тоже возможно. Теперь статус университетов немного изменяется. Был принят закон об автономии университетов, и это облегчает частное субсидирование. Еще есть мечта – преподавать грабар, чтобы изучать классическую армянскую литературу в оригинале.



Патрик ДонабедянАрмянская община Франции

Примерно 400 тыс. человек относят к армянской общине во Франции, хотя большой вопрос, кого именно следует относить к общине. Есть серьезные ученые, которые считают, что реальных армян в стране гораздо меньше, другие говорят, что больше. Вопрос в критериях – каковы они?

Пока еще армянская община не столь организована, не достигла нужного уровня развития. Просто в связи с тем что история самой общины недостаточно долгая. Хотя наряду с процессами самоорганизации идет процесс ассимиляции.

Но положительные изменения есть. Во-первых, армянские организации во Франции сумели создать «Комитет 24 апреля», чтобы совместно отмечать траурную дату – это было непросто. Второй шаг – был создан CCAF (Совет по координации армянских организаций Франции). Теперь мы на третьем этапе – создание представительной структуры, которая легально представляла бы армянскую общину страны, имела бы право на законных основаниях выступать от ее имени. Для этого такая структура должна формироваться в результате выборов.

Патрик ДонабедянПеред общиной стоят насущные политические задачи. Необходимо добиться «пенализации» отрицания Геноцида армян во Франции, т.е. закона, который бы устанавливал меру ответственности за такое отрицание. В 2001 году был принят закон о признании Геноцида. После этого депутаты предложили принять закон о «пенализации» отрицания, но пока Сенат под давлением правительства его не рассматривал, и это продолжается уже четыре года.

Очень много и других задач. Есть задачи, которые всему Армянству нужно решать на мировом уровне. Например, задача сохранения нашей идентичности, нашей культуры и особенно языка. При нашем Совете по координации, о котором я упомянул, нужно создать орган, который занимался бы проблемами преподавания языка – это жизненно важно. У нас это особенно актуально, потому что нас очень много во Франции и есть французские законы, которые позволяют нам защищать свои права. К сожалению, мы пока еще мало действуем в этом направлении, а действовать нужно срочно, преподавание языка должно вестись с самого раннего возраста и продолжаться в школе, лицее, университете. Нужно построить целую образовательную пирамиду, от чего мы еще очень далеки. Сейчас преподавание армянского языка, его знание, его практическое использование находятся в плачевном состоянии. Даже в армянских общественных организациях все говорят между собой по-французски.

Хотелось бы, чтобы наши армяне умели сочетать и политическую активность, и внимание к армянской идентичности.

Средняя оценка:0/5Оставить оценку
Использован шрифт AMG Anahit Semi Serif предоставленный ООО <<Аракс Медиа Групп>>