вход для пользователя
Регистрация
вернуться к обычному виду

"Актуальное - 2" - Карен АГЕКЯН, Рачья АРЗУМАНЯН

25.07.2009 Карен Агекян, Рачья Арзуманян Статья опубликована в номере №6 (21).
Комментариев:0 Средняя оценка:0/5

Отрезвление (Рачья Арзуманян)

На фоне наблюдаемой в армянском политическом и экспертном сообществе эйфории по поводу Майндорфской декларации, преподносимой как крупный, чуть ли не судьбоносный успех армянской политики и дипломатии, заявление Ильхама Алиева о том, что Азербайджан не исключает военного пути решения нагорно-карабахской проблемы, прозвучало как гром среди ясного неба. В ряде текстов можно даже разглядеть нотки обиды в адрес азербайджанского президента, не вовремя испортившего столь благостную картину, которую срочно попытались нарисовать для армянской публики. Хотя на самом деле необходимо поблагодарить азербайджанскую сторону, которая столь быстро и жестко погасила заказную волну имитации энтузиазма и рекламы «взаимовыгодного» урегулирования нагорно-карабахской проблемы. Нам четко и недвусмысленно дали понять: в подходе Азербайджана нет и не может быть каких-либо существенных изменений.

Неизбежное отрезвление делает актуальным вопрос, который вновь и вновь поднимается в армянском обществе. Может, надо перестать искать в словах и позиции Азербайджана то, чего там нет? Позиция Азербайджана была, есть и, без сомнения, останется неизменной, и она более чем ясно высказывается из года в год. Арцах должен находиться в составе Азербайджана, и здесь должны быть созданы условия для продолжения политики советской эпохи – формирования азербайджанского большинства и выдавливания армянского населения. Нам фактически предлагают примириться с этой ясной и четкой позицией, которая успела стать не просто основой азербайджанской политики – внешней и внутренней, но и частью идеологии государства. Армянская сторона не хочет признать тот факт, что за 20 лет в Азербайджане выращено новое поколение, воспитанное на ненависти ко всему армянскому и фанатичной вере в то, что Арцах должен быть возвращен любой ценой. Прекрасно, если этого удастся добиться мирными, дипломатическими методами, через давление стран-посредников или подкуп армянской элиты. Если данные методы не сработают, значит, проблема должна быть решена другими, военными, методами. Так было вчера, так обстоит дело сегодня, сейчас и так, без сомнения, будет завтра и в обозримом будущем. Преступно вводить в заблуждение свой народ, приписывая декларациям и тем более политике Азербайджана то, чего там нет.

Неуемное желание по срочному заказу разглядеть в шагах азербайджанской стороны готовность к взаимовыгодному миру, стремление, передергивая карты, навязать армянскому обществу такое видение чревато катастрофическими последствиями в первую очередь для Армянства. Армянству надо смириться и примириться с той реальностью, что при любых уступках с нашей стороны и любых международных гарантиях Азербайджан только временно, из тактических соображений, готов терпеть наличие в Арцахе армянского населения. Стратегия азербайджанского государства имеет целью уничтожение НКР и аннексию ряда регионов Республики Армения, и в этих планах Армянский мир объективно воспринимается в качестве врага, против которого Азербайджан действует на всех фронтах. Попытки положить в основу армянской политики совершенно искаженное видение, когда противник начинает восприниматься Армянством в качестве партнера, в то время как сам он видит нас исключительно в образе врага, без сомнения, будут иметь печальные последствия.

Нам возразят, что переговоры проходят не в вакууме и есть международные гаранты и гарантии как самих переговоров, так и обязательств, которые берут на себя подписывающиеся стороны. Данный аргумент звучал более чем сомнительно вчера и порой воспринимался как издевательство на фоне «успехов» миротворческих инициатив в других «горячих точках». Он выглядит просто абсурдно сегодня в свете разворачивающегося мирового системного кризиса. Отчеты серьезных организаций и структур практически в один голос говорят о том, что существующая мировая политическая система претерпит коренные изменения, изменятся вес и функции мировых центров силы. Сошлемся, например, на доклад Национального совета по разведке (National Intelligence Council) США «Глобальные тенденции 2025: Трансформированный мир» от 20 ноября 2008 года, посвященный прогнозу развития мира до 2025 года, в котором говорится, что вся мировая политическая система, сложившаяся после второй мировой войны, будет коренным образом пересмотрена. Появятся не просто новые глобальные центры силы – Бразилия, Россия, Индия и Китай, – которые принесут с собой новые ставки в «большой игре», но они также поставят вопрос о новых правилах игры.

Мир вступает в очередной большой передел, сравнимый по масштабам с мировыми войнами, его последствием станет пересмотр существующей мировой политической системы. Армянский народ, который гордится своей историей и тем не менее не дает себе труда оглянуться хотя бы на конец XIX и начало XX века, обязан вспомнить, чем обернулись для нас и нашей государственности международные гарантии великих держав того времени. Если у нас не хватает мудрости, чтобы учиться на чужом опыте, может, обратимся хотя бы к своему, не столь отдаленному? Как Советский Союз выполнил в Сумгаите, Баку и арцахских селах свои обязательства по защите собственных граждан от погромщиков, насильников и убийц, думается, нет нужды напоминать. Обратимся к международным договорам, скрепленным авторитетнейшими подписями. Гарантии безопасности армянского населения и реформ в армянских вилайетах, данные Османской империей ведущим мировым державам в 1878 году, не помешали нарушать их с момента подписания Берлинского трактата вплоть до первой фазы Геноцида в 1894-1896 годах. Самые могущественные державы – победительницы в первой мировой войне не смогли претворить в жизнь свои гарантии, данные Республике Армения и армянскому народу Севрским договором 1920 года. Они перечеркнули эти гарантии под военным давлением даже не правительства в Стамбуле, а повстанцев-кемалистов – то есть нелегитимной силы, совершенно несопоставимой с совокупным потенциалом США, Британской империи, Франции и других союзных государств, поставивших под договором свои подписи. С момента возникновения самих понятий «международные обязательства» и «международные гарантии» в нашем случае они ни разу не показали себя мало-мальски действенными – начинаясь с фарса, они всегда заканчивались трагедией. В этих очевидных соображениях нет ничего нового, таков лейтмотив любого исследования по армянской истории конца XIX-начала XX веков.

В эпоху кардинальных перемен более чем когда-либо единственным гарантом безопасности народа и государства может быть только и только сам народ, его воля к жизни, реализующаяся в том числе в форме сильной государственности и ее ядра – военной организации государства. Единственным гарантом будущего армянского народа являются армянская армия и выстроенная в последние, относительно спокойные, годы система обороны армянских государств. Какие-либо изменения и «уступки» в данной сфере по определению не могут остановить противника, но подхлестнут его желание развить достигнутый успех. Эта истина интуитивно осознается армянским народом. Требуется только приподняться над сегодняшними заботами и хлопотами и оценить масштаб будущих бедствий, которые при навязанном нам «мире» очень скоро скажутся на повседневной жизни и безопасности всех граждан РА и НКР.

В складывающихся условиях экспертное и политическое сообщества Армянского мира должны четко понимать и осознавать свою ответственность за попытки исказить и подавить инстинкт самосохранения армянского народа, недвусмысленно говорящий ему о невозможности каких-либо изменений в сложившейся системе безопасности армянских государств – тем более сегодня, сейчас, в условиях разворачивающегося мирового кризиса и ненависти ко всему армянскому, полыхающей в азербайджанском обществе.

Пусть каждый эксперт и политик мысленно переместит себя и свою семью – нет, даже не в приграничные села Арцаха или Республики Армения, а в Степанакерт, находящийся в 30 км от линии фронта, и задастся вопросами:

Каким образом возрастет безопасность конкретно его семьи, его детей, если армянская сторона вдруг согласится отойти пусть всего лишь на несколько километров вглубь НКР, сдав при этом эшелонированную систему обороны, в инженерное оборудование которой – противотанковые рвы, минные поля, ряды проволочных заграждений, опорные пункты и пр. – вложены не одна и не две сотни миллионов долларов? Может ли народ, конкретный человек, проживающий в Арцахе, чувствовать себя более защищенным, согласившись сдать без боя свою «линию Мажино» противнику, который обязан будет расценивать такой шаг как победу своей сегодняшней политики ненависти и постоянного давления? Мало того, в случае сдачи освобожденных территорий на «линии огня» окажутся не только Сюник, на который Азербайджан давно предъявляет претензии, но и другие армянские города и села, которые сегодня находятся далеко в тылу. Говорить о том, что в случае возобновления боевых действий солдаты и офицеры миротворческого контингента костьми лягут, чтобы предотвратить агрессию, просто смешно. Во всех случаях реального применения силы в миротворческих операциях это было продиктовано не гуманитарными, а исключительно геополитическими соображениями. Народ, переживший Геноцид и совсем недавнюю попытку его повторения на всей территории бывшей Азербайджанской ССР, не может себе позволить поставить свою безопасность в зависимость от того, как выпадут карты на зеленом сукне геополитического стола – «это больше чем преступление, это ошибка».

Справится ли Армянство с очередным вызовом? Мы не имеем права на иной ответ, кроме утвердительного. Безусловно, справится, если окажется в состоянии запустить механизмы мобилизации Армянского мира и четко осознать уровень, на котором разворачивается борьба.
 

Человеческий фактор (Карен Агекян)

Итак, «новый порядок» в регионе очередной раз пытаются выстроить за счет армянских интересов. Прошлый раз это произошло в 1921 году и было оформлено Московским и Карсским договорами. При всех отличиях сегодняшней реальности от тогдашней суть дела одна: Армения идентифицирована главными действующими лицами как «слабое звено», чье достояние должно стать смазкой для углубления дружественных и партнерских отношений между другими, более сильными и перспективными, участниками «игры».

Кто виноват в складывающейся ситуации? Внешние силы? Новое руководство РА и НКР? Второе пришествие Левона Тер-Петросяна? Прежде чем спешить возлагать на кого-то вину, надо обратиться к самим себе и спросить с себя по самой строгой мерке. Сколько еще должен претерпеть наш народ, чтобы усвоить закон, очевидный и неизбежный, как закон всемирного тяготения – закон жизни, о котором не уставал напоминать Гарегин Нжде, закон, который тысячелетие за тысячелетием проявлялся в каждом дне мировой истории. слабый будет унижен, те, кто не желают сообща бороться за существование, жертвовать частицей личного блага ради общего, будут растоптаны и подчинены. И не помогут им ни заслуги перед человечеством, ни древняя культура, ни индивидуальные таланты, ни преданность тому или иному «высокому покровителю».

Каждый из нас несет свою часть вины, но хочется особенно остановиться на вине людей пишущих. Не будем говорить о тех, кто проповедовал «толерантность» и «общечеловеческие ценности» – с ними все ясно. Не будем говорить о тех, кто тривиально состоял на службе зарубежных контор. Скажем только о тех, кто претендовал на служение национальным интересам.

Одни из них избрали замечательный способ лечения больного – убеждали его в том, что он здоровее всех на свете. «Армянский народ всегда отличался особенным патриотизмом», – уверяли нас. Значит, это неотъемлемая черта армян – и каждый, кто в диаспоре шел в армянский ресторан или голосовал со своего мобильного за Сирушо на «Евровидении», уже считал себя большим патриотом. Таким же патриотом считал себя всякий в Армении, кто переводил свое социальное недовольство на неандертальский уровень местнического разделения Армянства. «Европейским нациям и европейскому патриотизму без году неделя, а мы – заслуженные патриоты со стажем в несколько тысяч лет», – успокаивали общество. И каждый со спокойной душой продолжал заниматься личными делами, уверенный, что с таким тысячелетним патриотизмом страна как-нибудь обойдется без его собственного вклада. «Мы были патриотами всегда – и тогда, когда служили империям, и тогда, когда покидали Родину», – льстили нам публицисты, не понимая, что размывают и разрушают четкий и ясный, одинаковый для всех времен и всех народов критерий патриотизма, пытаясь подогнать его под нашу реальность.

Критерий патриота один – святость каждого квадратного метра Родины, осознание политических интересов нации и в первую очередь необходимости укрепления ее суверенитета и государственности, восприятие нации и государства как абсолютных ценностей, а всего остального в мире – как набора переменных, знак и модуль которых измеряется относительно Абсолюта. И, наконец, самое главное – готовность постоянно жертвовать для Родины теми или иными благами или выгодами. Все остальное можно называть как угодно, но только не патриотизмом. Эти прописные истины неудобно повторять, как и все, что звучит достаточно пафосно. но без такого повторения не обойтись, поскольку четкие контуры патриотизма в нашем общественном сознании размыты, как это бывает с чертами лица на низкокачественных фотографиях.

Другие члены пишущей братии преуспели в оплевывании национальной символики, в особенности герба и гимна. С упорством, достойным лучшего применения, они прославляют символику времен советской империи, чей эстетический уровень больше соответствует их «развитому вкусу». Вообще, все достижения Армении они связывали и связывают с периодом несамостоятельности, а суть независимости исподволь сводят к полному развалу этих «великих достижений». «Зачем же, спрашивается, нужна такая независимость? – волей-неволей задается вопросом обыватель, – И стоит ли чем-то жертвовать ради ее защиты?»

Третьи продолжают пичкать публику лошадиными дозами своих провинциальных домыслов по поводу мировой геополитики, осей «Север-Юг» и «Восток-Запад», борьбы «континентальной» и «морской» цивилизаций. Тем самым разрушают в своих читателях саму возможность формирования патриотизма, прямо или косвенно внушая, что от «малого народа» мало что зависит и подлинно судьбоносный смысл имеет только великое геополитическое противостояние империй Добра и Зла. Они не понимают, что геополитический контекст уродливо деформирует перспективу, и наши собственные судьбоносные битвы начинают выглядеть какими-то мелкими спорами из-за каких-то гор. Всякий раз, когда армяне высказывают глубокомысленные мнения о конфликтах «цивилизаций», они тем самым принижают и задвигают в сторону свою собственную борьбу, ослабляют свою собственную решимость к сопротивлению. Рациональный и предельно трезвый военно-стратегический, политико-экономический анализ тенденций в регионе и мире должен вестись в закрытом режиме, специалистами-профессионалами для нужд армии, разведки, дипломатии и высшего руководства страны. Вместо этого у нас о геополитике пишут все кому не лень, внедряя в массовое сознание чужие картины мира, где Армянству отводится роль фишки, передвигаемой на то или иное место.

Четвертые с параноидальной настойчивостью твердят о неких мировых заговорах, выставляя в качестве главных врагов Армянства то масонов, то денме, то «Мировое правительство», то еще неизвестно кого. Иногда они пользуются туманными выражениями и намеками, пытаясь сделать вид, что знают больше, чем говорят, но не могут в открытой печати разоблачить «страшные тайны». В итоге всех этих дешевых «триллеров» в стиле «Кода да Винчи» армяне должны воспринимать тех же турок как товарищей по несчастью, как пострадавших, которыми во время Геноцида манипулировали «тайные силы». Соответственно, и эта категория наших тружеников пера внесла свою посильную лепту, осознанно или по простоте душевной готовя народ к «примирению» и «реалистичной» сдаче позиций, на этот раз в отношениях с Турцией.

А кто за все эти годы (почти 15 лет) утверждал в сознании людей идею о том, что армянский солдат не оккупант, что он стоит на рубежах армянской земли? Кто возражал против многочисленных «картинок» по телевизору и в печатной продукции, где рядом с границами РА была нарисована НКАО в советских границах? Кто протестовал против термина «пояс безопасности»? Считанные единицы.

Много ли внимания, заботы уделялось тем, кто поселился на освобожденных землях за пределами искусственных и нежизнеспособных границ НКАО? Куда престижнее было чертить набором цветных маркеров геостратегические оси на карте мира, пытаясь изобразить себя аналитиком именно такого, мирового, масштаба и на всякий случай держа глубоко в уме вариант будущего трудоустройства за рубежом.

Сейчас некоторые из пишущей братии спохватились. Конечно, лучше поздно, чем никогда. Но нужно правильно идентифицировать болезнь. Легче легкого изобразить виноватыми людей на вершине власти: один президент «все развалил», при другом «процветала коррупция», третий «сдает Карабах». Позвольте, а где все это время было Армянство и чем оно занималось? Даже если мы вспомним диктаторов, ни один из них не мог бы удержаться у власти, не аккумулируя в себе посыла большинства общества. Причем, как правило, посыл общества был еще более негативным, чем это проявлялось в политике власти.

Больно общество, Армянство в целом. Все силы необходимо бросить не на дискредитацию конкретных личностей, а на срочное радикальное лечение общества. Пока Армянство не в состоянии мобилизоваться, пока нам так трудно что-то делать сообща, пока мы не желаем ни изменять законы, ни исполнять их, пока девальвируем и «заземляем» любые идеи, пока сотни и сотни тысяч армян, недавно покинувших Армению, не хотят возвращаться на Родину, предпочитая жить вместе с детьми на положении граждан второго сорта, – ни один Мессия не сможет ничего поделать. Пусть ООН выберет самых эффективных, самых честных в мире политиков и управленцев и обяжет их руководить Арменией и Армянством. После погружения в армянское общество они либо повредятся в рассудке, либо станут циничными и коррумпированными личностями.

Сегодня вопрос стоит даже не об отдельных районах Арцаха, даже не об НКР, а об армянской государственности вообще. Она похожа на пассажира, которого не держат ноги, он стоит и не падает только потому, что салон переполнен и ему некуда упасть. Но на первом же крутом вираже, при резком торможении или наборе скорости он может оказаться на полу. Наши проблемы не «малость», не «бедность» и уж тем более не «коммуникации». Наши проблемы – это мы, человеческий фактор. Мы могли бы представлять собой очень внушительную силу, но для этого нужно самое простое и самое сложное – захотеть. Все, что сегодня, спустя 20 лет после подъема освободительного движения, отвлекает Армянство от новой волны мобилизации, солидарности – все это идет только во вред. Нашим публицистам и аналитикам пора, наконец, забыть о конспирологии, геополитике, болезненном пристрастии к империям, забыть о нападках на личности, которые превращают армянскую политику в реалити-шоу с постоянными действующими лицами. Вернуться в ту подлинную армянскую реальность, где нам нужно очередной раз выстоять. Вернуться, пока еще есть куда возвращаться.

 

Статус символического (Карен Агекян)

Недавно молодежные организации Арцаха обратились к Президенту Сержу Саргсяну с заявлением: «Уважаемый господин Президент Республики Армения. Четырнадцать лет назад завершилась победой национально-освободительная война за Арцах. В результате этой победы армянский солдат большей частью вышел на северо-восточные рубежи нашей общей Армянской Отчизны. Эта война была в первую очередь войной за священную землю нашей Родины. Перечеркнув навязанные армянскому народу искусственные и нежизнеспособные границы «Нагорно-карабахской автономной области», Конституция НКР, принятая в результате общенародного референдума 2006 года, закрепила суверенные границы армянской земли, отвоеванные кровью лучших сынов нашего народа.

Эта война стала войной не только за нашу землю, но и справедливым возмездием за Геноцид, организованный в Азербайджане в ответ на политические требования армян Арцаха. Закрепив результаты победы, армянский народ продемонстрировал всему миру, что такие попытки никогда больше не останутся безнаказанными. Игнорирование тем или иным образом в идеологии или в реальной политике результатов победы армянского народа попирает не только память павших героев, но и память жертв резни и погромов в Сумгаите, Баку, Кировабаде, других городах и селах Азербайджана, поощряя новую вооруженную агрессию против армянской государственности.

В этих вопросах нет и не может быть мелочей. Ежедневное изображение на канале Общественного телевидения Армении, других телевизионных каналах карты «НКАО», не существующей с момента провозглашения НКР, ежедневно оскорбляет память наших героев и наших жертв, оскорбляет телезрителей не только РА и НКР, но и Спюрка. Это недопустимо само по себе вне того или иного политического контекста. Но в политическом аспекте это особенно негативно действует сейчас, в судьбоносный для нации момент решающего этапа переговоров по урегулированию конфликта, когда армянская дипломатия, как все мы надеемся, отстаивает интересы армянского народа.

Требуем убрать изображение «НКАО» с карты прогноза погоды и других карт Армении и НКР на телеканалах и заменить его на изображение Республики Армения и Нагорно-Карабахской Республики. Уверены, что в ближайшее время будут предприняты все необходимые меры для изменения сложившейся ситуации».

Это важное обращение, поддержанное патриотической частью ереванской молодежи, должно послужить сигналом для общества. Не столько искать виноватых в телетрансляции такой карты, сколько задуматься о том, почему много лет люди мирились с подобным изображением, хотя видели его по нескольку раз на день. Ведь контуры границ армянских государств – только одна из множества граней общего положения дел.

Пример другой грани: практически везде и повсеместно, в Спюрке и на Родине можно увидеть словосочетание «Армения и Карабах» – на страницах печати, в рекламных объявлениях на улице, услышать такое выражение в кругу политиков и деятелей культуры. Но даже те, кто хорошо понимал его абсурдность и вред, спешили дальше по своим делам: «Все это мелочи жизни. Главное – мы один народ, Карабах наш и мы его никому не отдадим».

Еще одна «мелочь»: не всегда ставить имя Армении на первое место в любом перечне – идет ли речь о встрече двух президентов, международном фестивале, матче спортивных команд. Любой перечень есть иерархия ценностей не на каких-то мировых эталонных весах, где учитывается валовой продукт и число пусковых ракетных установок. Это иерархия для пишущего (говорящего) и читающего (слышащего). Перечень исподволь выстраивает эту иерархию в наших головах, либо отрицает ее (например, в случае нейтрального алфавитного перечисления), что немногим лучше иерархии ложной.

Запущенная болезнь имеет свойство прогрессировать. Незадолго перед матчем с турецкими футболистами с логотипа армянской сборной «по случайному совпадению» убрали изображение горы Арарат, чтобы позже вернуть на место. Важные вещи для турок, а для нас «мелочи жизни»? «Мы будем хитрую дипломатию вести: уберем Арарат, а потом вернем. Зато нам приоткроют коммуникации, а это самая важная вещь в сегодняшнем мире. Реалистами нужно быть, ай жоговурд. На красивых картинках и лозунгах далеко не уедешь».

С пренебрежением символическими «мелочами» в армянской реальности Родины и Спюрка сталкиваешься постоянно при характерном равнодушии к этим фактам общества или общины – отдельных обеспокоившихся людей очень легко заклеймить как маргиналов.

Все это можно охарактеризовать в первую очередь как проблему статуса символического. В нашем частном быту символическому придается большое значение: мы зорко следим за знаками уважения, порядком застолья. В политических и идеологических вопросах символическое часто принижается или вообще игнорируется. Болезнь, конечно, не новая. К этому же ряду относится упорное использование тюркских географических наименований вместо издревле существующих армянских. Используют ли в Азербайджане название Сюник, используют ли в Турции армянские названия городов и областей Западной Армении? В армянской же устной и письменной речи до сих пор мелькают Зангезур, турецкая топонимика потерянной части Родины. О закреплении в силу армянского консерватизма тюркского «Карабах» вместо исконного «Арцах» не приходится и говорить. В первой половине XX века тюркская топонимика преобладала не только в той части Нагорья, где Армянство было уничтожено, но и на территории Восточной (советской) Армении, где оно сформировало автономную государственность. Эту топонимику активно использовали даже армянские поэты, прижизненно получившие статус классиков, например, такой патриот, как Аветик Исаакян, в своих стихах постоянно называл Арагац «Алагязом», Бюракн «Бингелом» и т.д. Еще раньше в лексике армянских политических партий, которые вели национально-освободительную борьбу, вместо определений «Западная» и «Восточная» фигурировали термины «Турецкая Армения» (даже не «Оттоманская», а «Турецкая»!) и «Российская Армения», закрепляющие в сознании армян тот факт, что истинными хозяевами их земли являются две империи. По сей день большинство представителей старого патриотичного Спюрка, потомки армян, выживших во время Геноцида, пишут и говорят, что их дедушки и бабушки (отцы и матери) родились в Турции – не отличая Смирну и Полис от Карина и Багеша. Во-первых, между Оттоманской империей и Турцией огромная разница – Турция как таковая родилась с провозглашением республики в 1923 году. Во-вторых, независимо от политических границ Армянское Нагорье было и остается страной Арменией. Если потомки тех, кто родился на Нагорье, не говорят во всеуслышание, что их предки появились на свет в Армении (пусть даже захваченной империей, но никуда от этого не исчезнувшей), – значит, они этого не сознают.
 

Сейчас армянский и турецкий режиссеры начинают съемки фильма под рабочим названием «Аракс». Среди спонсоров упоминаются «Турецко-Армянский Совет по развитию бизнеса» (TABDC), «Армянская Ассоциация Маркетинга» (AMA), посольство США в Анкаре. О символике фильма пишут так: зимняя, скованная льдом река будет олицетворять холод и враждебность на границе между двумя странами, расцвет природы и свободное течение реки весной – потепление и дружбу. Понятно, что политически востребованная тема позволяет авторам рассчитывать на дивиденды вне зависимости от качества работы. Судя по газетным публикациям, они рассчитывают, что фильм будет отмечен на Каннском фестивале и даже удостоен Оскара. Вполне возможно. О конъюнктурности в искусстве слишком многое уже сказано и вряд ли можно что-то добавить. Хочется обратить внимание на историю любви, без которой авторы, конечно же, не могли обойтись. Любви турецкого юноши и армянской девушки – именно так, а не наоборот: армянского юноши и турецкой девушки. Казалось бы, какая разница. На самом деле речь отнюдь не о мелочах. Если мы обратимся к истории, к тем обществам, где существовала национальная, религиозная иерархия – мы увидим одну и ту же закономерность. Связь (вплоть до женитьбы) мужчины из господствующей «касты» населения с женщиной из подчиненной «касты» осуждалась только при расовой нетерпимости, во всех остальных случаях она не возбранялась. Но мужчина из числа «подчиненных» за одну попытку сблизиться с женщиной из «господствующих» карался смертью. Если обратиться к нашей истории – вряд ли можно найти в ней более тягостные страницы, чем сведения о насилиях над армянскими женщинами и девушками – их бесчестили янычары, которых в армянских деревнях обязаны были принимать на постой, их похищали курды. Национально-освободительное движение было вызвано в том числе и необходимостью защитить честь армянских женщин. Только один эпизод из воспоминаний детства Каро Хачатряна «Наперекор смерти»:

«В один из зимних холодных вечеров 1914 года сельский староста привел к нам на ночевку трех всадников-полицейских. Мы разожгли тонир, накормили их. Когда турки, набив животы, встали из-за стола, их маслянистые взгляды устремились к моей старшей двоюродной сестре Шаке. Слепая от рождения, она была необыкновенно красива с чудным станом и золотыми косами. Трое псов набросились на нее, собираясь изнасиловать. Шаке не понимала что происходит, сопротивлялась и звала на помощь. Моего подоспевшего отца полицейские связали, избили и бросили в хлев. Мы с Хечо пытались забрасывать их яйцами. И вдруг – чудо! – в дверь громко постучали. Хечо подбежал к двери, распахнул ее, внутрь стремительно вошли четверо фидаинов и молниеносно разоружили турок. Те не успели в себя прийти, даже не попытались оказать сопротивление. Фидаины вытащили их наружу, прикончили, как собак, бросили в реку и ушли».

Несть числа армянским женщинам и девушкам, которые в годы Геноцида предпочли смерть возможности спастись через «любовь» турка. И вот теперь эту любовь будут воспевать армянский режиссер-соавтор и армянская часть съемочной группы. Еще не остыла память от изощренного садизма во время погромов в Азербайджане – от сумгаитского до бакинского, а тем армянкам, которые пережили физические и психологические травмы предлагается умилиться такой вот «love story». Свой ответ насильникам, движимым древним инстинктом кочевника по улучшению своей породы, армянские мужчины дали на поле боя – там эти «герои» показали чего они стоят. А вот «творческие», «позитивно настроенные» армяне, намеренные поучаствовать в съемках упомянутого фильма, уравнивают себя со страдающими бессилием вуайеристами, которые подталкивают девушку к другому, а сами подсматривают за происходящим и занимаются самоудовлетворением. Разница только в том, что наши «творцы», похоже, хотят заставить смотреть на это весь мир и неплохо на этом заработать.

Духовными опорами всякой нации были и остаются три образа: женщины, дающей нации жизнь; крестьянина, связующего нацию с землей; солдата – защитника нации. В поражениях винят монарха, полководца, генералов, превознося мужество рядового солдата – в противном случае подрывается психологическая возможность победы. В общественных проблемах винят правящие круги, партии, профсоюзы, интеллигенцию, но только не человека земли – в противном случае подрывается психологическая возможность выздоровления общества. Важность охранять и оберегать образ девушки, молодой матери слишком очевидна. Такой образ есть персонификация и Родины, и народа, именно он встает перед глазами у солдата на последнем рубеже. И если мы на экране отдаем армянскую девушку турку – пусть даже очень доброму, любящему и толерантному по сюжету – это не мелочь. Это символично.
 

Истоки проблем достаточно очевидны. Армянский народ давно оказался между жерновами, которые безостановочно давили и перетирали его, – жерновами Имперского Порядка, с одной стороны, и Кочевого Хаоса – с другой.

В ситуации крайнего неравенства сил вопрос реального, материального в политическом пространстве разросся настолько, что заслонил все остальные, как проблема пищи заслоняет для голодающего все проблемы иного порядка. По сей день большинству из нас, в том числе действующим политикам и политологам, кажется, что национальная политика – это использование военных, финансовых, экономических ресурсов Армении и в целом Армянства и поиск внешних точек опоры при их дефиците. В то время как главный фронт национальной политики и национальной борьбы проходит через умы и сердца. Причем бороться надо в первую очередь не за умы и сердца «больших начальников» в крупных державах и международных структурах, а за умы и сердца своих сограждан, своих соотечественников, всех армян. Надо возрождать в Армянстве уважение к духовному, метафизическому аспекту существования, который является единственной питательной почвой истинного патриотизма, психологии преданности, верности, героизма, самоотверженности.

Казалось бы, в этом деле можно опереться на ведущих деятелей культуры страны, признаваемых элитой общества. Но опубликованное недавно «Открытое письмо Президенту Турецкой Республики господину Абдулле Гюлю», под которым стоят сотни подписей людей из цвета армянской нации, заставляет, к глубокому сожалению, вспомнить крылатую фразу о простоте, которая хуже воровства. Допустим, нашим замечательным, но катастрофически далеким от политики деятелям культуры трудно уяснить достаточно очевидные цели так называемой «инициативы Турции по способствованию общей стабильности на Кавказе», но, по крайней мере, генетическая память должна была восполнить пробелы в таком понимании. Турецкая инициатива направлена только на то, чтобы заполнить определенную пустоту, которая образовалась после резкого падения влияния и авторитета США и вообще Запада в регионе, пустоту, которую Россия не может заполнить в одиночку. Направлена на возобновление изначальной успешной политической линии кемализма – шантажировать Запад возможным тесным сближением с Россией и выжать из него максимум уступок. В рамках точно рассчитанной кавказской инициативы «армянское направление» для Турции – только один из векторов. Ближайшие цели на этом направлении – предотвратить возможное признание Геноцида новой американской администрацией, снять «армянскую тему» при рассмотрении вопроса приема Турции в ЕС. (Кстати, французский Сенат уже отказался рассматривать закон о наказании за отрицание Геноцида армян под предлогом начавшегося армяно-турецкого диалога. Сколько сил было затрачено армянскими активистами во Франции, французскими друзьями армян, и вот теперь есть предлог одним махом выбросить весь этот труд в мусорную корзину.) Стратегические цели Турции – в условиях надежной изоляции кавказского региона от всех внерегиональных сил вообще устранить Армянский вопрос и армянскую тему из мировой политики даже в теперешней декоративной форме.

Удивительна наивность наших замечательных деятелей культуры, которые считают, что турецкая инициатива «внушает некую надежду о том, что в Турции постепенно формируется реалистичное политическое течение», что «историческая память наших двух народов очень глубока и неспокойна», что признание Геноцида «необходимо в первую очередь турецкому народу».

Турецкая политика, по крайней мере с приходом к власти кемалистов, всегда была более чем реалистичной – и велась во имя турецкого государства, построенного на костях армян и другого коренного христианского населения. Что касается турецкого народа, за него можно не беспокоиться. Совесть и историческая память турецкого народа совершенно спокойны, внутренне турки прекрасно осознают Геноцид и считают его одним из решающих вкладов в дело построения прочного национального государства. Никакой нужды каяться за преступление Геноцида турецкий народ не ощущает. Даже чужеродные турецкому обществу интеллектуалы, которых можно пересчитать по пальцам, в лучшем случае выражают армянскому народу сочувствие за перенесенные страдания, но никакого Геноцида не признают. Последняя, раскрученная, как по команде, в СМИ всего мира, инициатива нескольких турецких интеллектуалов с личным извинением перед армянским народом внешне не приветствуется государством. Но безусловно является государственным заказом – Турции очень выгодно перевести стрелки на «народную дипломатию», которая не предполагает ни политического урегулирования, ни компенсаций, ни тем более вопроса о территориях.

В своем «выпускном сочинении» для Гюля наши деятели культуры пишут о том, что признание Геноцида поможет турецкому народу «освободиться от бремени истории и с открытым лицом встать в один ряд с остальными государствами». Нравится нам это или нет, но, невзирая на риторику, уважением в современном мире по-прежнему пользуется прежде всего сила, поэтому к Турции, а значит и к туркам, относятся с гораздо большим уважением, чем к Армении и армянам. Ни одно государство, даже из числа признавших Геноцид, не ввело даже пятикопеечных санкций против Турции – наоборот, она сама вводила против них штрафные санкции, а высокие представители этих государств спешили посетить Анкару с заверениями в вечной дружбе и символическом «гуманитарном» характере принятых по 1915 году документов. С Турцией подписывают договоры, ведут активное политическое, военное, экономическое и научно-техническое сотрудничество. Именно Турция, а не Армения, является кандидатом в Евросоюз. В октябре 2008 года Турция, оккупирующая территорию независимого Кипра, была избрана непостоянным членом Совета Безопасности ООН, за нее проголосовали представители 151 государства – гораздо больше, чем за ее мирных и демократичных конкурентов на избрание – Австрию и Исландию.

Допустим, всего этого наши подписанты могут не понимать. Но они обязаны каждой струной своих творческих, наделенных обостренной чувствительностью душ ощущать недопустимость «ходатайств» перед главой государства, которое истребило армян на девяти десятых их исторической Родины и присвоило их страну. Недопустимость финальных слов «с надеждой и уважением» в адрес человека, который многократно с самых разных трибун отрицал Геноцид армян и оскорблял память жертв.

Кажется, такая мелочь: всего два слова, которые можно истолковать как необходимую форму вежливости. Возможно, многие подписанты убедили себя, что главное – это содержание, и рассматривали письмо как отважный акт, бросающий в лицо Турку правду о Геноциде. На самом деле эти два глубоко символичных слова в финале девальвируют всю ту напускную бодрость, с которой в письме говорится о необходимости признания Геноцида, и мы ясно видим до боли знакомых просителей, явившихся к усатому паше с ходатайством и слегка, незаметно для самих себя, пригнувших спины при виде его охраны с ятаганами.

Невольно вспоминается вот какой эпизод из воспоминаний Дживана Аристакесяна «Пылающие горизонты»:

«В деревне опять горе: пришли – коня забирают, поджигают дом Торгома. Говорят, будто он прячет ружье. Сам «мюдир» явился, он у нас в комнате. Тацу пытается найти с ним общий язык, спасти положение.

– Значит, армянин не может иметь коня, мюдир эфенди?

– Ты только теперь сообразил, мавин? Если гяур сядет на коня, разве станет он склонять голову перед славным османцем? Есть Аллах, есть порядок. Наш Коран требует раба, и ваш Бог должен быть порабощен. Иначе зачем мы вошли в вашу страну, зачем распростерли повсюду свою власть? Сам скажи, армянский дьякон, ведь армянин только под конец умен. А конца-края нет, не-е-ет!

Тацу говорит мне: «Кофе поднесешь ему ты». Несу. Говорит: «Поприветствуй». Приветствую: «Темеллец». «Скажи, что ты сирота, что лошадь твоя. Попроси, пусть оставит ее тебе в виде исключения». Повторяю дедушкины слова, мой Тацу в роли переводчика. Тем временем лошадь измазали навозом: пусть выглядит некрасивой, худой, паршивой, лишь бы не досталась турку на обед. Пусть выглядит такой же несчастной, как армянин.

Армянин не имеет права держать лошадей – через некоторое время деду пришлось продать свою».


Иногда кажется, что в большинстве своем мы так и не можем до сих пор «оседлать коня» и смотреть на окружающий мир глазами вооруженного всадника, а не безоружного пешего. Не можем, хотя нет никого, кто мог бы нам это запретить под страхом разорения или смерти. Не можем, потому что это стало вопросом психологии.

А ведь такой взгляд на мир – не пустая самоуверенность, которая не стоит ломаного гроша. Он дает  масштаб видения, ощущение важности реального и символического в их неразрывной взаимосвязи. Всадник не только видит дальше и больше, он видит знамя над головой. Пеший безоружный человек видит только квадратные метры у себя под ногами и считает их единственной реальностью. Даже отдавая себе отчет в существовании иных ценностей, он проецирует их на эти самые квадратные метры, где важное превращается в «мелочи жизни».

Закон земного притяжения как будто действует на каждого армянина с удвоенной силой, которая тащит его с коня обратно на землю. Трансформированные временем запреты сидят внутри, груз прошлого пока еще висит камнем на душе. Нужна удвоенная, утроенная сила духа, чтобы вскочить в седло и вздыбить своего Куркик Джалали – не так давно мы доказали, что умеем проявлять эту силу в судьбоносные моменты истории.

Однако судьбоносные моменты необязательно настают в грохоте боя. Иногда в такой момент все вокруг тебе улыбаются, пожимают руки и открывают чудесные перспективы прогресса и процветания – только скатай в трубочку и отдай «старшим» свое знамя. И нельзя тут хитрить, вставляя одну ногу в стремя, но не запрыгивая в седло, – конь потащит и голову разобьешь о камни…

В самом ли деле подписанты испытывают к Абдулле Гюлю такие трепетные чувства, как уважение и надежда? Все-таки первыми стоят подписи Перча Зейтунцяна, Соса Саркисяна, Зория Балаяна… Или большинство деятелей культуры слегка кривят душой, оправдываясь перед собой благими намерениями? «Давайте не будем проявлять излишнюю принципиальность и говорить наследникам убийц и погромщиков, кто они такие. Может быть, если мы станем заглядывать им в глаза «с надеждой и уважением», они поймут, что мы не представляем никакой опасности, позволят нам спокойно существовать и даже согласятся извиниться перед нами?» Хочется задать вопрос выдающимся мастерам культуры: так ли они относятся к своему личному достоинству, как к достоинству всего народа? Или прельщены новомодной теорией о том, что гражданам Армении, в отличие от армян из Спюрка, нужно жить в реальном окружении, а значит, так или иначе, продвигаться к «диалогу» и «примирению»? То есть приветствовать «мюдира» в надежде на его милость «в виде исключения»?

Никто не спорит, диалог необходим даже с преступным государством, в противном случае всему Армянству пришлось бы мобилизоваться на борьбу, а нас постоянно отвлекают от этого личные и семейные заботы. Но надо четко понимать, с кем ведешь диалог и какую черту нельзя переступать даже на словах. Понимать, что Армения это не общество с ограниченной ответственностью, основанное вскладчину теперешними гражданами РА, которые имеют право ради неких проблематичных выгод поступать с ней как угодно в политическом и духовном пространствах. Допустим, у граждан РА есть право отмахнуться от Спюрка, хотя там живут отнюдь не только «дезертиры», а в Ереване отнюдь не все стоят «на передовой». Это право есть потому, что в целом Спюрк пока еще поглощен проблемами сохранения армянской идентичности и его выход в политическое пространство ограничивается вопросом признания Геноцида. Сложнее отмахнуться от предков и потомков. За тысячи лет истории многие и многие поколения сделали для Армении или Мец hАйка гораздо больше хорошего и меньше дурного, чем теперешнее. И остатки этого капитала – территориальные, нравственные и прочие – являются неприкосновенными. У каждого армянина есть определенный духовный долг перед прошлыми и будущими поколениями, и его отрицание ради проблематичных выгод сегодняшнего общества (фальшиво преподносимыми как перспективы развития народа и государства) есть фактически отрицание существования нации.

Проблема в том, что важности определенных символических актов, слов, изображений у нас не сознают даже творцы, лучшие люди нации в сфере духовного. На самом деле в духовном, метафизическом измерении символы и символическое имеют огромное значение – здесь не существует тактических компромиссов, хитрых сиюминутных комбинаций, лжи во спасение, бартерного обмена. И в особенности нет мелочей. «Мелочи» или «дыры» могут возникать каждый раз при материализации духовного – в слове, образе, действии. В этих «мелочах» прячется дьявол, каждая из них сравнима с неплотностью обшивки, из-за которой происходит разгерметизация самолета. В сфере духовного действует принцип тотальности – все или ничего. Либо ты имеешь чувство собственного достоинства, либо «надеешься и уважаешь», оправдывая себя требованиями момента. Либо ты Хозяин своей Земли, либо конъюнктурщик, для которого ее границы зависят от того, как сегодня дует ветер. Не коммуникации и даже не энергоносители, но именно эта духовная тотальность в конечном счете является определяющей. Именно ее мы либо удерживаем в реальном мире, как внутреннее давление в прочной целостной оболочке, либо выпускаем через сито «мелочей». В одном случае никакие силы не смогут помешать тебе обрести и отстоять свое, в другом – никакие силы не смогут помочь тебе это сделать.

…Тот, оставшийся без отца, деревенский мальчик Дживан, который подавал «мюдиру» кофе, ребенком увидел лицо смерти, вырос мужчиной и оседлал своего коня. Он сказал себе и всем нам:

«Вне целого, вне моего народа меня нет. Я не личность-ноль, но единица целого. Но это именно моя единица, а сам я вовсе не «призывник», тянущий чужое кормило.

Индивидуальная личность – не осколок. Это скала, формирующая природную самобытность родной земли. Я – скала моей Армении, меня невозможно превратить в пыль – опустеет место.

Я существую для того, чтобы единицей Целого, через собственное Я соединяться со всеми.

Во мне ясно запечатлены смысл и роль моей личности, мое предназначение воспламеняет меня – быть полезным, быть сражающимся воином».

Средняя оценка:0/5Оставить оценку
Использован шрифт AMG Anahit Semi Serif предоставленный ООО <<Аракс Медиа Групп>>